— Вы тоже смотрите! — громко сказал он. — Вас это тоже ждет…
— Смотрим-смотрим, — тихо ответил Павел. — Не надрывайся так. И не такие пытались нам грозить.
Он сказал это больше для окружающих, чем для себя. Он знал, что сейчас произойдет. Павел был привыкшим к пыткам. Когда-то пытали и его, его коллег и друзей. И чего уж говорить — у него у самого руки по локоть в крови. Но вот те, кто работает в брайнере… они другие. Главарь тьмушников не лукавил, когда говорил, что их не привлекают к таким делам. Ломать им психику он не хотел и сейчас. Их голова предназначена для другого. Но выбора нет.
Чертов Крит.
— А-а-а-а-а-а!!! — раздался женский крик из динамиков. Палач в медицинском костюме приступил к действиям.
Форми… формиро… формива… фор…
* * *
Следующая глава в этой книге последняя. Больше книг в телеграм-канале «Цокольный этаж»: https://t. me/groundfloor. Ищущий да обрящет!
Глава 24 GAME OVER
Павел оторопел.
Под пыткой он подразумевал что-нибудь менее жестокое. Например, электрическими разрядами — обычно этого всегда хватало. Но тут… С каких пор варварские методы стали так популярны?
— Твою мать! — съежился Николай. — Какого черта! Что за хрень!
Наталья отвернулась и прикрыла уши руками. Она любила фильмы ужасов, но реальное расчленение было перебором.
— П-паш, — пропищала она, — ч-чего это? Зачем они? Это… это его мама?
Павел не ответил. Он не понимал, почему эти мерзавцы такое вытворяют. Да, парень уникальный и, судя по всему, скрывается от корпорации, но они даже ничего не потребовали. Ему двадцать три года… Сам он в его возрасте жил без забот с родителями и играл в компьютерные игры.
— А-а-а-а-а! — закричала женщина, когда медицинские щипцы с хирургической точностью вырвали очередной ноготь. Кровь капала на белый пол.
Кап…
Павел даже не мог отключить монитор со страшным фильмом ужасов. Соседних к себе брайнеров Крит отпустил, поэтому на расстояние «поводка» к нему было не подобраться.
Ужасающую картину пыток им показывали от лица Крита, который даже не мог закрыть глаза — трансляция всё равно будет вестись. Эта функция предназначена для рекламы, а от неё в наше время так просто не избавиться.
* * *
В камере стало темнее. Тьма, как протухший кисель, загустевала между моим орочьим аватаром и голосом, что смел мне угрожать.
Женщина кричала, но хорошее периферическое зрение позволяло смотреть не только на неё. Я сконцентрировал взгляд на трусливо притаившейся твари, прятавшей своё лицо.
Что-то изменилось во мне. Я чувствовал тело орка, как своё собственное, и эмоции разрывали в клочья душу этой сущности. Ненависть и желание убивать. Держать в узде эти животные инстинкты было трудно.