Рада толкает его в бок и Андрей под хохот присутствующих выпивает штрафные за себя и за жену.
Воля Маленкова спрашивает Аджубеев:
— Ну, а вы, как в Корею съездили? Что интересного нам ждать в прессе?
Дочь Хрущёва, как отличница на уроке, встаёт со стула и читает из блокнота заметку про пресс-конференцию вице-президента Кореи:
— Американский журналист по-английски спрашивает: «Госпожа Ли Сон А, а знаете, что Вас в народе и, даже среди приближённых, называют "Тонсен», что означает «младшая сестра». Вы занимаете такой высокий пост. Возможно, самый высокий среди женщин всего мира… Вам не обидно такое пренебрежительное отношение…
Вице-президент отвечает по-английски:
— Я горжусь тем, что корейцы, независимо от пола и возраста, считают меня своей сестрой. Мои боевые сёстры сгорали вместе со мной в самоходке у моста через Ханган. Мои сёстры и братья из императорского дома сгорели от атомного взрыва в Пхеньяне. Мой брат-комдив выносил меня под огнём с поля боя. Мои братья-охранники погибли, защищая меня, а сестра-охранник отстреливалась до последнего патрона и закрыла меня от смертельной пули… Меня тогда спасли мои братья и сёстры с местного рынка… Не дали меня убить… Когда я выходила на площадь перед солдатами в Кванджу, то мои братья и сёстры шли за мной и умирали под пение гимна Кореи. Я горжусь тем, что у меня такие братья и сёстры!
Маленкова даже похлопала.
Лётчик Микоян тут же предлагает тост за равноправие полов:
— Самое лучшее в моей жизни — это небо и девушки! Так выпьем же за то, чтобы они никогда не хмурились!
Заиграл проигрыватель. Начались танцы.
Даша во время «медляка» поведала мне, что свёкор по её совету поставил перед Советом Министров вопрос о пособиях матерям-одиночкам:
— Говорят, у тебя в Горьком ребёнок у зазнобы? Женишься?
— Пока не думал. Нужно Фестиваль провести, Первенство доиграть, а там Олимпиада замаячит… — отшучиваюсь я, изображая улыбку.
— Не тяни… Потом локти кусать будешь… Хотя… Вам мужикам этого не понять…
Помогаю Лёве жарить шашлык. Пока никого рядом нет мой элитный друг просвещает:
— На Ленинградский обком назначили Аристова вместо Андрианова. Никита Сергеевич везде расставляет своих людей. Ещё полгода назад к отцу первым подходил здороваться. А теперь папаня к нему первым подходит. «Старички» Молотов, Каганович, Ворошилов, Микоян в прошлом году чехвостили в Политбюро Хрущёва в хвост и в гриву, а сейчас — замолчали. У Никиты Сергеевича везде «большинство». На пенсию отправят за шум, и вся недолга. Сталину на следующий день после выступления на открытии стадиона стало плохо. В больницу возили. Он на заседаниях нового Политбюро вот уже год почти не показывается… Говорят, что начальники теперь по ночам не дежурят у телефона, ожидая звонка СамогО… Да и снимать-сажать стали меньше. Рюмина, что весной раскручивал «дело врачей» по письмам Тимашук — попёрли из органов вслед за Абакумовым. По «ленинградскому делу» — никого не расстреляли. Десятерым самым главным дали срокА, а остальных казнокрадов, кого выгнали из партии, кого понизили в должности…