Часть 1 Я будто музыку пишу, рождая эти строки. Прожив в романе чью-нибудь судьбу, В театре, роль пытаюсь видеть, не свою… И имя вдруг прошепчет ветер, другого будет не дано. Создать, Её, Уставшим быть Творцом. Уберегая от ошибок, аккордом, долгим, не спеша пройтись по жизни, вспоминая сцены из Шекспира. А после, Кружа тихонько, лепестком, возросшего на дереве цветка, Приняв земное притяженье: — примерить эту роль, быть может, для себя. С любовью к моим читателям, Нора Ольвич. Пролог Миг прощания и ухода: — это момент, когда приходит время оставить всё позади. Истина от глубины самопознания… Время переживаний, когда слёзы смешаются вдруг с улыбкой на губах. Он неизбежен для нас, но каждый проходит его по-своему… И я не хочу говорить об этом плохо, потому что в этом миге заключается весь смысл жизни — в умении принять свою участь и уйти с достоинством. Пора. Перед глазами засияет небо осенними красками, и как когда-то, я мысленно пройду по этой аллее, которую высокие тополя усыпали осенней листвой. Под ногами будут шелестеть сброшенные упрямыми деревьями их кроны, словно тихие шорохи древних тайн. Грусть наполнит всё вокруг, окутывая лёгким покрывалом каждый уголок природы. Оно будет невесомым, сплетённым из прозрачного солнечного воздуха. Даже ветер, играющий в ветках деревьев, словно решив скорбеть, возможно, вместе с небесами, начнёт выплакивать дождливые слёзы осени. В такие моменты кажется, что сердце замирает и страдает; ведь оно похоже на встревоженную птицу, которая пугается тени своей собственной печали. А ещё возникнет чувство ожидания. Не буду замечать справа высокую стену, просто увижу врата в ней и освобожу свою детскую ручку от той, которая крепко держит меня в этот момент. Громко закричит сорока, она высоко свила гнездо в прямых ветвях тополя, что тянутся к далёкому солнцу и нереально синему небу. Деревья качнутся, осудив её; беспокоясь за совсем уже больших птенцов, она всегда кричит, когда я прохожу мимо. Собака, идущая осторожно впереди, посмотрит провожающим взглядом. Разве я уже не в первый раз так делаю? Крики нетерпеливой птицы отчего-то торопят, нарушая гармонию, которая слышится мне в шорохе сухой пожухлой листвы. Я помню каждый шаг, каждую мысль, прожив долгую жизнь, в данный момент отчётливо осознаю себя в детстве. И всё же пора. Один только шаг. Он у всех разный. Поймаю последний взгляд того, что стоит рядом, подняв голову, замру. И улыбнувшись, сделаю этот шаг. Дымкой покроется лик провожающего… Но. * * * Он никогда не делал этого,