— Эй! Это же ты обидел леди Купер? — долговязый худой парень с каштановыми кудрями и с вытянутым лицом с широко расставленными бледно-зелёными глазами, отряхивая листву с кремового пальто одной рукой и держа трость из тёмного дерева с серебристым оголовьем в другой, вышел из кустов. За ним, как ледокол раздвигая крепкие ветки ивнячков, вышел довольно высокий, атлетически сложенный мужчина в черном костюме.

— Стесняюсь спросить, сэр, что вы делали в тех кустах? — усмехнулся я, видя эту картину.

— Это не ваше дело, незнакомый мистер, и к нашему разговору не имеет никакого отношения! — поднял подбородок долговязый с тростью, и направил эту самую трость прорезиненным наконечником в мою сторону. — Я заставлю вас поплатиться за то, что причинили обиду моей однокласснице, к прелестной леди Купер!

Сколько пафоса, какой типаж! Только, похоже, с головой он не дружит, или излишне романтизирован.

— Слушай, может не надо? — засунув руки в карманы брюк, я наклонил голову вбок с вежливой улыбкой. — У меня такой тяжёлый день… Вон, ты же видел из кустов, еще и Элис почему-то надулась.

Лицо долговязого парня покраснело, а сам парень открывал и закрывал рот, словно рыба в воздушной среде, но, похоже, что-то решив, он выкрикнул:

— Элис⁈ Как ты смеешь так говорить о благородной дочери баронета, о леди Купер, — наконечник трости указывает наверх, — с таким неуважением, простолюдин? — последнее слово он выплюнул с отвращением.

— Простолюдин? — искренне удивился я, не понимая, с чего он так решил.

— Естественно! — хмыкнул парень и еще раз смерил меня презрительным взглядом. — Дешёвый фабричный костюм, явно на вырост, туфли, когда-то вполне хорошие, со стоптанной подошвой, и с изломами у носка, указывающие о том, что ты в них ходишь постоянно и, может быть, даже работаешь, обросшие волосы, явно нуждающиеся в услугах барбера.

Я с лёгким смятением осмотрел себя. Ну да, костюм купил первый попавшийся, так как сшитые уже не налезали, а туфли… они оказались настолько удобными, что я и вправду носил их постоянно.

— Ну… — хотел было начать я, но парнишка меня прервал.

— Я накажу тебя, простак, и ты на коленях приползёшь к леди Купер вымаливать прощение!

Парень быстро начал приближаться ко мне, держа трость на манер шпаги. Я взглянул на дёрнувшегося охранника, а скорее всего это, всё-таки, охранник юного романтичного парня, с вопросом, но тот просто пожал плечами. Ну, тогда сам виноват…

Дожидаюсь близкого подхода парня и его замаха, быстро захожу в плотный контакт, дабы не получить увесистой палкой по голове или спине, и, пользуясь инерцией приближения обоих наших тел, левой рукой бью снизу в солнечное сплетение. Вот и всё. Трость вываливается из рук и падает куда-то мне за спину. Парень валится на колени, пытаясь вдохнуть и держась за живот. Похоже, промахнулся и удар попал в печень… Поднимаю голову, чтобы предупредить не исполняющего свои обязанности телохранителя, но вижу, что тот уже поднимает правую руку, формируя в кончике большого пальца, прижатого к фаланге указательного, что-то похожее на водный пузырь, начинающий закручиваться в спираль. Похоже, сейчас нас будут бить, Мэттью, мать твою, Грей, и, впервые, Эфиром… По венам в два удара сердца пронесся холодок страха… Ну, страх — еще один повод не сдаваться и взять себя в руки… Пока я размышляю, водяной бур резко летит в мою сторону. Я, видя, что острие направлено мне в грудь, интуитивно откидываюсь назад, одновременно начинаю поворачивать по своей оси, тем самым уводя тело с линии удара, но не успеваю совсем чуть-чуть и снаряд по касательной, задевая только краешком своего мокрого тела, проходит по плечу, разрезая ткань пиджака и кожу. Я падаю на спину, мгновенно сажусь на корточки, прикрывшись худым телом всё еще болезненно пытающегося вздохнуть парня, и надо мной с гулом роя рассерженных пчёл пролетает следующая масса воды, крутящаяся по спирали от острого кончика до конца, где брызги оставляют подобие трассирующего следа, на котором солнечные лучи переливаются в радугу. Я аж залюбовался полётом этого полупрозрачного снаряда, пролетевшего над моей головой, и в конечном итоге с мириадами капель и древесной трухи врезавшегося в ствол дерева и оставившего на нём круглый, глубиной в полпальца, след…