— Не говорить. Понимать. Вот например, этот чеснок в блюде. Он умирает и ему грустно, — она показала на блюдо с шашлыком и зеленью, которое так и стояло не тронутое. Я глянул на чеснок. Ну да, полезная информация. Сам бы я не догадался. Теперь мне тоже будет грустно его есть. Эглантайн показала на стеклянную вазу с ягодами местного мелкого винограда, который считался большим деликатесом. — А этот виноград отравлен…

Она замерла с открытым ртом.

— Отравлен? — тихо переспросил я и положил руку на фламберг. И поднялся с кровати.

— Мой сеньор? — тут же среагировал Сперат. И достал меч. Впрочем, не только он. Гвена разом потеряла интерес к погоне за Эолой и остановилась, обернувшись ко мне. Ах да, у неё же слух, как у… Как у демона.

— Эола, подойди сюда! — прикрикнул я. Она бросилась ко мне, трепетно меня обнимая. Я, чувствуя себя последним подонком, указал ей на вазу.

— Что-то я не припомню эту вазу. Новая? — мягко спросил я.

— Нет у нас таких, — заявила Эола. — А можно мне одеться?

— Мы сюда по потайному ходу пришли, — деловито сказала Гвена, не обращая больше не малейшего внимания на Эолу. — На полу прохода пыль, кроме твоих, никаких следов. Выход в сундуке у кровати.

Она указала рукой на массивный сундук с плоской крышкой. Скорее всего, там второе дно, потому что я в него заглядывал. Я вообще думал, что это вроде прикроватного столика. Сейчас Гвена была по прежнему улыбчивой и игривой. Но этого оставалось в ней ровно в той мере, чтобы не мешать делу. Говорила четко и скупо. Сперат навесил на дверь массивный, укрепленный железными полосами, засов.

— Ты сегодня долго рядом со входом стояла, — я поднял личико Эолы кончиками пальцев вверх и заглянул ей в глаза. — Никого не видела? В мою комнату никто не входил?

— Н-н-нет! — испуганно затрясла она головой. Отчего заколыхались и другие части тела, сбивая меня с мысли.

Гвена бросилась к окнам. Дернула одни ставни, вторые… И одна из створок упала на пол, обнажив свежий спил на креплениях. Интересно, чем это их так. Ножовки Магн в этом мире не видел.

— Ах да. Еще мои люди слышали, что кто-то в Караэне скупает убийц со всего Регентства, — сказала Гвена и задумчиво пнула носком своего сапожка казавшиеся такими надежными ставни.

— Почему раньше не сказала? — насторожился я.

— Мои люди приносят много слухов. Трудно понять, какие вообще правда, — пожала плечами она.

— Её люди просто пьяницы и бездельники, — внезапно наябедничала мне Эля. Видимо давно хотелось, но все как-то к слову не приходилось. Вот, нашла удачное время.

— Теперь пить в кабаках это их работа, — легко парировала Гвена. А потом резким движением скинула с себя юбку, оставшись в коротком верхе от платья, больше похожим на топик. И в плотных, обтягивающих, кожаных брючках до колена. В ножнах на каждом бедре у неё висело по массивному пехотному кинжалу. Грубое и некрасивое оружие. Надо будет подарить ей что-то более подходящее. Гвена подобралась к узкому окну и быстро выглянула наружу. Сперат уже был рядом со мной, держал в руках мои сапоги и шлем.