Глава 10 Страшные истории
— Эй Магн Итвис! Если ты потерял дорогу, то посмотри под копыта своего коня! — наглый голос неожиданно раздался совсем рядом. Точное расположение я определить не смог. Вокруг кусты и крутые склоны, в наступающих сумерках каждая изогнутая ветка казалась хищно натянутой дугой арбалета. После того как демон разорвал в клочья броню, которую мне дал Фредерик, я еще не успел разжиться новой. И сейчас, в своем изысканном стеганном бархатном поддоспешнике чувствовал себя буквально голым. И не прикрытая шлемом голова аж мурашками покрылась, как будто мерзла. Просто камнем в неё кинут и я свалюсь под ноги коню, как вязанка соломки, отброшенная в сторону пинком крестьянина. Позорная какая смерть. Мгновенный испуг тут же сменился бешенством. Я не выдал себя ничем, кроме инстинктивного движения рукой — схватил рукоять меча.
Мы оказались в сложной ситуации и в этом полностью была моя вина. Но я наелся шашлыка, напился местного сладкого красного вина, и стал слишком благодушен. Фредерик и его всадники были в отъезде, взять Виллу с его лучниками я отчего то постеснялся, поэтому мы на этой дороге совсем одни. Не дороги, скорее тропы, упрятанной среди крутых холмов и скальных выходов предгорья. Одни, это впятером. Я, Сперат, Гвена, Леон и еще один стражник, Амбор. Очень похоже, что только последние двое из всей толпы дармоедов в моем поместье и умели ездить верхом.
В чем не так много удивительного. Учитывая дороговизну боевых коней. Вот вам часто предлагают покататься на спорткаре?
Нашей целью был Воющий Камень, здоровенный валун лежащий на холме. Настоящая скала. И по прямой до него из Караэна километров пятнадцать. Я думал за часок доберемся. Может, за два. Вот только я забыл идиотскую средневековую логистику. Прямых путей же нет. Никто не додумался построить ровное прямое шоссе через холмы, речушки и городки. Мы бестолково метались, как муравьи под ЛСД, в поисках мостов, объездов, проездов. Пару раз пришлось останавливаться на отдых. Хоть в лошадях я разбирался, поэтому вел свой небольшой конный отряд то шагом, то легким бегом. Или, как это называется у лошадей правильно, рысцой. Так мы делали 10–20 километров в час. Лошадки держались хорошо. Слабым местом оказались задницы Леона и Амбора. Они взмолились о пощаде, но я был безжалостен. Даже медленно гниющий внутри Сперат держался, а они разнылись уже через пару часов езды.
На самом деле бедолага Амбор молчал, пока не стер себе кожу о седло на внутренних сторонах бедер чуть ли не до мяса. Но рядом был я, поэтому я пощупал его за промежность, озарив сиянием своих святых дланей, и пытки продолжились. Леону тоже от меня перепало магического лапания.