Вокруг происходило что-то еще — но моим вниманием целиком завладел возвышающийся перед нами трон. Вернее, ВИП-трибуна, выдающаяся вперед и давлеющая над центральной площадкой. Не сильно высокая, сравнительно с «трибунами». Массивная отвесная скала. А на самом верху, на куске красного полупрозрачного камня, сидит здоровенная тварь. Высотой с трехэтажный дом. Вокруг него тусили всякие твари помельце, но этот хмырь на куске кварца притягивал все внимание, остальных я толком не разглядел. И вот он вдруг поворачивает увенчанную здоровенными витыми рогами башку в нашу сторону. Я нервно сглатываю и оглядываюсь вокруг, пытаясь понять видит ли еще кто-то, что нас заметили.

— Обратите внимание, закон Симеона-Ибн Хальдуна в действии! При перемещении между мирами разумные виды приобретают навыки речи распространенной в месте прибытия поскольку… Кто продолжит⁈ — слышался голос Фарида. Я выхватил меч и поискал глазами Ректора. Тот обнаружился неподалеку. Ректор ковырялся в здоровенной сумке, вытаскивая оттуда какие-то палки с тряпками, соединял из вместе и одновременно выкрикивал:

— Записи! Кто ведет записи⁈ Декан Бруно⁈

— Я зарисовываю! У меня же не четыре руки! Пьеро, Кабе, достаньте тетради и законспектируйте происходящее! — отозвался сын Дажакоба. На его лице все еще были видны дорожки от слез, но оно стало суровым и сосредоточенным. В руках он держал лист пергамента, хорошо выделанной кожи. Примерился им, словно это был огромный фотоаппарат, замер на секунду с отсутствующим лицом, как аристократ перед сотворением магии. И на листе появился подробный рисунок того, что было за ним. На вид карандашный. Но, как мне показалось, фотографической точности. Доспехи Бруно вспыхнули, и только сейчас я заметил, что каждая кожаная чешуйка на них выполнена в виде крохотного развернутого свитка. Даже шлем на голове состоит из таких чешуек. Бруно свел руки, свиток уменьшился. Отработанным движением, как ковбой свой верный кольт, Бруно прилепил свиточек на свободное место в доспехах, тут же отцепил следующий, который немедленно увеличился в размерах. Бруно развернул его, нацелившись на Ректора.

— Арбалетчики и маги в центр! Остальные ко мне. У кого дрын, встать во второй ряд! — это уже я заорал. Кто-то же должен думать о всяких мелочах, пока остальные открывают человечеству новые горизонты. Например, о безопасности.

На полу валялись деревянные доски от сидений, кафедра, и целиком стол с пришпиленным к нему телом выпотрошенного демона. Похоже, вместе с нами перенеслась половина аудитории. Даже дверь, находившаяся за моей спиной валялась рядом, вместе с кусками стояка.