— … так я ему сразу в ухо… — гудел мужичок с нелепыми усами, заплетенными в косички.

— Ну и дурак! У тебя работа какая? Песни петь, людей веселить, а не кулаками махать! — поучительно отвечал ему пузатый и лысый паренек в центре. Его гладкое, молодое, улыбчивое лицо резко контрастировало с низким, каким-то «бывалым» голосом:

— Из десяти драк, половину можно выиграть словами. А оставшиеся избежать. Драться надо только когда дело доходит до жизни. Вот за жизнь деритесь, а если…

— Так ведь оно само выходит. Мы ж не то чтобы в морду им плюем. Это они нам плюют. И что, стоять, обтекать⁈ — не сдавался усатый.

— Человек в тебе просто друга не видит. А ты ему другом стань, он и других одернет. Ты, вот давай, иди сюда. Давай, давай. Ты будешь пивовар, который ищет об кого бы кулаки почесать, — лысый вывел усатого в центр. Впрочем, усатый быстро освоился. Встал как-то иначе, ножку в сторону, чуть ссутулился, одновременно выпятив несуществующее пузо. И уставился на лысого характерным взглядом уличной шпаны. Оценивающим и безразличным. Холодное внимание хищника. Мда, я сразу признал в нем характерную прослойку членов лиги, которые составляли костяк команд устраивающих веселые драки под стенами.

Лысый сделал вид, что играет на лютне, потом наткнулся взглядом на усатого. Вздрогнул. Но потом спокойно улыбнулся.

— Что губы скривил, как куриная жопа? — выплюнул усатый. — В рожу хошь? А если не хошь, гони монету…

— Нет, я просто вдруг понял! Так вы же из Пивного конца? — добродушно отозвался лысый.

— Ну! — кивнул усатый.

— А вы Гута Синего знаете? Я ему на свадьбе пел. Великий человек!

— Не знаю я никакого… — усатый начал закатывать рукава. Ага, одежда штука ценная, а кровь не отстирывается.

— А должен бы быть. Синий Гут у них вроде сотника! — одернул его лысый другим, резким голосом.

Усатый застыл, размышляя.

— А если не знаем мы никого из их костоломов, тогда что? — спросили из толпы.

— А вы из пивоваров? — тут же повернулся обратно к усатому лысый.

— А то не видно! — набычился усатый. И двинулся на лысого. — Щас я тебе метку на рожу поставлю, чтобы сразу понимал…

— А я знаю песни о битве у Стен! — выкрикнул лысый, проворно отскакивая от усатого. Хотя он явно был раза в полтора тяжелее, играли они настолько правдоподобно, что это усатый казался огромным амбалом, нависающим над мелким лысым. — Сердце пламенем пылает, кровь горячую неся, пивовары запевают, будет сеча хороша! Слышали?

Усатый остановился и задумался. Словно прислушиваясь к себе.

— То есть надо перед тем как тебе в морду дадут, еще и в хрен его поцеловать? — прокомментировал ехидный голос из толпы.