— Это прекрасное место… Даже не знаю, достойны ли мы такого… — начал старик.

— Это уже мне решать, кто и чего достоин, — перебил я его и жестом поторопил. — Давайте сюда.

Мы вышли на небольшую площадь, окруженную лавочками. С одной стороны возвышение и стена. Похоже на маленький театр под открытым небом. Да, набросок этого места, по которому его строили, делал я. Меня охватила беспричинная гордость — из той мешанины линий, которые я нарисовал, строители не только смогли выудить суть, но и воплотить это в камне красиво. Я подвел своих гостей к стене. Там возились вездесущий Вокула и Каас Старонот. Декан факультета алхимии, выуженный из подвалов где самозабвенно предавался своей страсти вместе с горной ведьмой (Гвена уверяла, что они и в самом деле сутками колдуют над всякими колбами, чанами и взгонными аппаратами) вытащенный на свет выглядел не очень хорошо. Объективно зеленый оттенок кожи, мешки под глазами, еще и постоянно близоруко щурится. Но голос был сильный, властный и энергичный. Он командовал несколькими рабочими, которые развешивали таблички. Каждая, как маленькое произведение искусства, с козырьком от непогоды, фигурными зажимами для листа бумаги, и деревянными держателями для ярлыка заявки.

— Какие уже задания уже есть? — спросил я погромче. Каас на такую мелочь как Магн Итвис, разумеется, внимания не обратил. За него ответил Вокула.

— Оказывается, в Темнолесье водятся твари, словно собранные из ветвей… — с оттенком удивления сказал Вокула. Я глянул на охотников. Они явно поняли, о чем идет речь. Вокула продолжил. — Мастер Каас сказал, что университет готов отдать за эссенцию из такого существа двести золотых. Вернее, Университет готов поручится, что после того как она попадет к ним, они смогут сделать Слезу Жизни, способное даже потерянные руки заставить вырасти заново. И после продажи Слезы Жизни выплатит охотникам добывшим ингредиент 200 дукатов.

Вокула покачал головой. Все слышали о Слезе, но мало кто в неё верил.

— Потому я готов проспонсировать университет, поскольку это вложение может окупиться…

Я снова глянул на охотников. Сумма в двести дукатов на них произвела смешанное впечатление.

— Лезть в Темнолесье за двести дукатов так же глупо, как и за тысячу, — тихо сказал дедушка Мо. — Какая разница мертвецу, сколько ему не заплатят?

— Что это там? — встрепенулся Репень. Я проследил за его взглядом. Умница Каас снабдил заявки рисунками. На этом были изображены те самые штуковины, отдаленно напоминающие камни с проводами, которые охотники собирали в Кровавом Волоке.