Освальд не знал, как к этому относиться. Картина, почему-то, ужасала больше, чем заполненные трупами улицы.

Лучше бы уехать отсюда побыстрее, но ему всё ещё нужно конвертировать золото во что-то более полезное.

В Виго и Гавре не было так депрессивно, как в Лондоне.

Видно, что часть города выгорела к чертям, преимущественно окраины. Неважны причины, но ощущение разрухи и отчаянья будто бы передавалось вместе с гриппом, по воздуху.

— Идём в город, поищем рыночную площадь, — дал указание спутникам Освальд.

— Не нравится мне здесь… — произнёс Альваро, а затем перекрестился. — Город выглядит, как смерть… И воняет смертью…

— Потому что сейчас по всей Европе идут не самые лучшие времена, — ответил ему Освальд.

Чувство вины за то, что не смог ничего изменить — вот что посещало его время от времени.

Но нельзя было сказать, что все эти смерти на его совести. Он и предположить не мог, что попал в другое время или в другую реальность. Это ведь последнее, что может прийти в голову, когда приходишь в себя прямо посреди джунглей.

А вот за то, что не смог застрелить Тототла и себя после того, как узнал, что в ином мире, за то, что не догадался, что его сезонная простуда…

«Нет, виноватить себя в том, что не предусмотрел всего — последнее дело сейчас».

Это даже ошибкой не назвать. Просто дерьмо иногда происходит. И как-то отрегулировать масштаб происходящего дерьма не в силах человека.

Английские попрошайки были тактичнее французских, поэтому начали клянчить деньги на пропитание только когда Ос и его люди покинули порт. Они подождали, пока группа явно небедных людей зайдёт на набережную Темзы и только потом осторожно приблизились, состроив просящие мины.

Освальд вытащил из кошеля пригоршню медных монет, полученных на сдачу во Франции, после чего бросил их перед попрошайками.

— Храни вас Господь, господин!

— Да продлится ваша жизнь долгие годы!

— Храни вас Господь!

Английская речь. Вроде бы понятные слова, но говорят они их не так. Это было непривычно.

Английский он, волей-неволей, выучил ещё в подростковом возрасте. Он хотел, каким-то способом, свалить в США, а там без английского совсем никак, поэтому приходилось выкраивать время и учиться.

В полиции этот навык помогал, когда надо было взаимодействовать с приезжими гринго. Некоторым из них в Мексике как мёдом намазано, поэтому они приезжают целыми семьями. В основном, чтобы причаститься к местному колориту, посмотреть на своих садовников, горничных и автомехаников в естественной среде обитания.

Гринго любили Мексику за День Мёртвых, тако, мариачи, а также за марихуану и кокаин. Не все, конечно, но многие. Не любили за то, что вслед за мариачи, тако, марихуаной и кокаином в США приезжали члены картеля, героин, а также нелегальные мигранты.