— И что мы в результате видим? Конкурс среди девушек был выше, и подготовка у них прямо скажем, не хуже, чем у юношей. Но не это главное! — наконец-то уцепил я за хвост ту мысль, которая никак до этого не хотела у меня формулироваться, — Их много! Понимаете? Статистика утверждает, что среди Одарённых лиц женского пола намного больше. Чуть ли не в два с половиной раза! И, обратите внимание, они не обременены необходимостью служить Империи. А если копать глубже, то интерес и мотивация к тому, чтобы стать архимагами, у девушек куда как более значительна. И это ещё один плюс к вопросу про расширение женского отделения.

— То есть вам уже доложили, что в каждой комнате женского корпуса есть ваши фотографии? И зачастую, не в единственном экземпляре, — хохотнул Константин Семёнович.

— Ещё нет, — не смог сдержать я довольной ухмылки.

Согласитесь, мелочь, а приятно. Некрасивых девушек среди Одарённых практически нет. Оттого почувствовать себя кумиром нескольких десятков Одарённых красавиц — это дорогого стоит.

— Тогда я первый, кто вам про такую интересную подробность рассказал, — оживившись, потёр руки Шабалин, — Но про мотивацию я пока вашу мысль не понял. Понимаю, что в ней что-то есть, но суть не уловил.

— Так что тут непонятного? — удивился было я, но, спохватившись, понял, что у меня было время обдумать этот вопрос после визита князя Белозёрского, который огорошил меня известием о новой роли Дарьи, а Шабалин пока ещё не понял всей той глубины пропасти, к которой я его не спеша подвожу, — Любая девушка — архимаг по нашим законам имеет абсолютно те же права, что и любой мужчина дворянского сословия. Вижу, что вы ещё не до конца осознали, что из этого может получится. Приведу пример из личной жизни. Одна из моих жён, архимаг и княгиня Дарья Бережкова — Вадбольская на днях стала Главой Рода. Знаете, что её сейчас больше всего волнует?

— Что? — осипшим голосом поинтересовался ректор, озадаченно растирая переносицу.

— В каком наряде ей лучше всего первый раз появится на Совете Князей. Я настаиваю на костюме архимага, а она думает про шикарное вечернее платье, — произнёс я со спокойным лицом и отрешённым видом.

Похоже, это и добило Шабалина.

— Умеете вы, князь, в неприятности вляпываться, — огорчённо помотал он головой.

— Да ладно, я. Я-то как-нибудь переживу. Зато у вас скоро весёлые деньки настанут, — «порадовал» я его в свою очередь, — Сами подумайте, как только про мою жену страна узнает, что с вашей Академией случится?

— А что с ней может случится? — обеспокоенно, а то и вовсе испуганно, отозвался Шабалин.