Откланявшись, я вернулся на место и начал смотреть на разворачивающийся процесс проведения тендера.
На сцену, если так можно назвать то возвышение, где находится стол президиума, вынесли большую доску и четыре столика. Преподавательницы Смольного встали около этих столов и начали вскрывать первые конверты. Увидев обозначенную цифру взноса, они писали её на конвертах толстым рашкулем и относили к доске, где при помощи магнитиков конверт занимал соответствующее место, определяемое написанной цифрой.
Сбоку мне размещённые на доске конверты было видно не очень хорошо, но приглядевшись, я всё-таки смог заметить, как цифры в два — три миллиона с доски начали быстро исчезать, уверенно заменяясь гораздо более приятными.
Когда подносы с конвертами опустели наполовину, то и цифра в пять миллионов покинула доску. Теперь места внизу были заняты конвертами с цифрами шесть и семь миллионов, а на самом верху все пять мест заняли конверты выше десяти миллионов каждый.
— Поздравляю вас, Константин Семёнович. Тендер получился очень и очень удачным, — повернулся я к Шабалину, который, похоже, находился в прострации.
— Не могу поверить, что такие деньжищи можно так просто заработать, — чуть слышно ответил мне ректор.
— Это единственное, что вас удивило?
— Вовсе нет, — помотал Шабалин головой, — Я только после вашей речи сообразил, на что может оказаться способен Целитель с вашим протезом и невыгоревшим собственным резервом.
— И на что же?
— Сейчас преждевременно про это говорить. Мне нужно посоветоваться с парой моих знакомых. Скажу одно. В ваших предположениях вы оказались недалеко от истины. Но на самом деле это лишь видимая часть Дара. Остальные перспективы пусть пока и туманны, но на самом деле они настолько интересны, что жуть берёт, — передёрнул наставник плечами, и судя по мечтательному взгляду, отбыл в страну грёз.
Глава 99
Глава 99
Не спрашивайте у меня, почему вместо двадцати пяти девушек на только что открытом дополнительном женском отделении Академии архимагов у нас учится двадцать восемь курсанток.
Я на такие вопросы не отвечаю и отправляю всех любопытных к ректору.
Шабалин, с его многолетним опытом общения с Семьёй Рюминых, наверняка найдёт подход к любому аристократу и изыщет правильные слова и убедительные доводы для ответа.
На самом деле виной всему бартер и наша с Наставником мягкотелость. Не смогли мы устоять, когда перед тендером нам три видных Клана предложили вместо денег замену.
А как отказаться, если тебе в обмен за обучение внучки предлагают её бабушку.
Этакую бодрую женщину, с виду лет сорока — сорока пяти, готовую поработать в Академии преподавателем.