— Виктор Игоревич, моя рогатая братия готова приступить к работе в любую секунду. Только отдайте приказ. — Рогатая чертовка соблазнительно улыбнулась, однако, против обыкновения, не скользнув по нам взглядом. Взгляд её был прикован к Фервиладу, стоящему рядом.

Паладин расцвёл от внимания красавицы. Уверен, этой ночью свет и тьма мирились очень много раз. И по итогу все остались довольны. Странный союз, если честно, но кто я такой, чтобы их судить?

— Вижу, у вас всё схвачено, — сказал Кречет, уважительно кивнув. — Тогда подскажите, с какой целью вы выделили долю нам с господином Муцухито?

— Всё просто. Вы будете отвечать за рынки сбыта, а также станете гарантами процветания родов моих друзей.

— Хо-хо-хо! Своеобразная плата за защиту? — рассмеялся Муцухито.

— Скорее, общее дело, которое поможет наладить нам долгосрочные отношения, а также позволит укрепить дружбу народов, — поправил я императора.

— Как по мне, так звучит отлично. Считайте, что мы договорились, — кивнул Кречет и отправился пожимать руки новым деловым партнёрам.

— Да, я тоже с радостью приму ваше предложение. Для Японии в нём сплошные плюсы. Виктор Игоревич-сан. — Муцухито поклонился и последовал за Кречетом.

Императорские особы обменялись парой фраз с каждым, после чего удалились, оставив нас в полной тишине. Первым нарушил тишину Оболенский.

— Это что сейчас было?

— Это, друг мой, момент, открывающий перед вашими родами новые горизонты. Если не просрёшь мой подарок, то, думаю, лет через десять сможешь стать графом, а может, и князем.

— Виктор, прости конечно, но у тебя всё с головой впорядке? Зачем ты отдал им половину от дохода? Мы могли самостоятельно разрабатывать эти поля макров, — сказал Ершов.

— Вася, посмотри по сторонам. Как ты думаешь, сколько потребуется десятилетий, а может и столетий, чтобы освоить этот пласт реальности? — покачав головой, парировал я.

— Виктор прав, — поддержал Лев. — Мой род княжеский, но вы помните, как совсем недавно нас чуть не стёрли с лица земли. Своим шагом он обезопасил нас на десятилетия вперёд. Я не знаю, чем мы заслужили такое, но спасибо. — Лев подошел ко мне и крепко обнял, шмыгнув носом.

— Не реви, — шепнул я ему на ухо.

— Не реву, — тихонько ответил он.

— Вы не подумайте, я тоже благодарен, просто… Просто я в шоке… Нет, Виктор, ну серьёзно. Ты ведь сумасшедший. Развязал войну ради меня, потом вот это. Кто в своём уме станет так поступать? — спросил Ершов.

— Настоящий друг? — вопросом на вопрос ответил я.

— Настоящий друг и будущий родственник, — поправил меня Оболенский и тоже полез обниматься.