По полу разлилась огромная лужа крови, у края которой встал Нобунага и достал из кимоно свёрток. Внутри свёртка лежали пять небесных жемчужин. Жемчужин, которые были способны привести в этот мир демонического принца. Нобунага бросил первую жемчужину в центр лужи, по которой тут же разошлись круги.
— Взываю к тебе, о великий владыка. Приди и поглоти этот бренный мир!
Вторая жемчужина упала в лужу и слилась с первой жемчужиной, увеличившись в размерах, как шарик ртути.
— Я стану твоим верным слугой и помогу сокрушить врагов!
Третья жемчужина полетела в центр лужи, и тут же была поглощена более крупной жемчужиной.
— Ты будешь править, а я помогу распространить твою волю!
Четвёртая жемчужина полетела в лужу.
— Власть хаоса поглотит все земли от горизонта и до горизонта!
Пятая жемчужина упала в лужу, Нобунага протянул руку и резанул катаной по предплечью. В лужу крови, хлынула кровь Нобунаги и он закричал:
— Возродись же, Абаддон!!!
Кровавая лужа притянулась к жемчужине и обволокла её. Через мгновение она увеличилась в размерах и сформировав рослый человеческий силуэт. Нобунага улыбался и смотрел, затаив дыхание, как возрождается Абаддон. Уж вместе с ним они точно покорят этот проклятый.
— Какого чёрта? — спросил мужчина, возникший из кровяного сгустка.
— Дубровский? — испуганно спросил Нобунага.
Глава 18
Я оказался в подвале, залитом кровью. Десять обезглавленных тел болтались на цепях, а передо мной стоял перепуганный парень. Странно, что он знал, как меня зовут, а вот я видел его впервые.
— Мы знакомы? — спросил я.
— Эээ… Нет. Нет. Что вы. Просто… Просто… Я читал о вас в газете, — натянуто улыбнувшись, соврал он. И медленно попятился к выходу.
— Стоять, — рявкнул я. — Какого чёрта я здесь оказался? У тебя пять секунд, чтобы всё объяснить.
— Эээ… Ну… — Парень стал дико потеть и нервно коситься в сторону выхода. — Дело в том, что культисты… Ну они… принесли в жертву этих людей. А я… Я прогнал их. — Он улыбнулся, но даже идиот понял бы, что он врёт.
— Прогнал? Молодец. Чертовски отважно, — кивнул я и погрузился в пустоту.
Тук. Тук. Тук. Цвета размываются, звуки уходят, и я вижу лишь душу парня. Алая, словно кровь. Душа, прожившая многие десятилетия. Душа, которая не могла принадлежать восемнадцатилетнему парню. А вот, кстати, и его собственная душа, забилась в угол и дрожит в ужасе. Забавно, но алый сгусток душевной энергии я узнал. От него за версту смердело Нобунагой.
Тук. Тук. Тук. Я вернулся в реальность и увидел, что парень стоит у двери и занёс руку, чтобы постучать в неё. Призвал лозы и опутал его с головы до ног. Парень рухнул на пол и стал орать, как безумный.