— Да я просто так спросил. Это конченым дураком надо быть, чтобы отказываться от такого подарка, — сказал Ершов, выставив перед собой руки.

— Ну, вот и славно. Тогда грузитесь в свои новенькие Дайтаську и едьте за своими избранницами. — Я посмотрел на часы, до начала церемонии чуть меньше девяноста минут. — И не опаздывайте. Как-никак, нас будут ждать императоры.

— Виктор, ну ты нас за кого держишь? — спросил Оболенский, нахмурившись.

— Меньше слов и больше дела. Езжайте уже, — указал я рукой в сторону машин, а сам развернулся и направился в замок.

За спиной тихонько завелись моторы, урчащие, как котята, и автомобили укатили в открывшиеся порталы. Я забежал на второй этаж замка, призвал золотой ключик и открыл дверь шкафа. Полыхнуло зелёным и передо мной появился Ыбракхт, сидящий на кресле-качалке, а позади него трудился демон Мельхом. Протирал полки, выставлял товар, обновлял ценники.

— Чё над… — начал было Ыбракхт, но осёкся и присмотрелся ко мне. — Етитьская роща. Тебя где так потрепало? — протянул торговец.

— Немного переел богов, душ, тортиков и демонов, — на последнем слове Мельхом вздрогнул.

— Выглядишь паршиво, — сказал Ыбракхт и почесал шею.

— Да и чувствую себя так же. Есть у тебя в ларьке что-то, что может поправить моё самочувствие?

— Сам ты ларёк. У меня магазин! Почти торговый центр… — размахивая руками, возмутился Ыбракхт, а после спокойнее добавил. — Могу только снять симптомы. Умолкнут голоса, боль пройдёт, перестанешь чувствовать холод. — В его голосе сквозила какая-то жалость. Даже удивительно для этого торгаша.

— Всё так плохо? — улыбнулся я.

— Ты сам знаешь.

Тяжело вздохнув, я кивнул.

— Знаю. Можно будет счёт кубов веры переоформить на моего сына?

— Ясен пень, да. От таких щедрых клиентов, как Дубровские, я не откажусь.

— И на том спасибо. Ладно, бывай. У меня свадьба. — Я собирался закрыть дверь, но увидел, что лоза закинула в бумажный пакетик какой-то бутылёк и протянула мне.

— Подарок. Свадебный. Бесплатно, — буркнул Ыбракхт.

Я открыл пакет и уставился на бутылёк с фиолетово-чёрной жижей.

— Черничный морс? — усмехнулся я.

— Почти. Если выпьешь, сегодня голоса тебя не побеспокоят.

— Щедрый подарок. Спасибо.

— Было приятно иметь с тобой дело, — сказал Ыбракхт и самолично закрыл магазин перед моим носом.

Оставшись в гордом одиночестве, я откупорил бутылёк и залпом выпил его. Вкус и правда напоминал чернику. В голове моментально прояснилось, а руки и ноги, которые в последнее время то и дело мёрзли, наполнились теплом. Я подошел к зеркалу и увидел там розовощёкого восемнадцатилетнего парня с чёрными, как смоль, волосами. Шикарно сидящий чёрный костюм, белоснежная рубашка и красный галстук.