Но, помимо премий, Иван также включил и штрафы. Если выработка рабочих, не по объективным причинам, падает ниже определённых уровней, месячная зарплата прогрессивно теряет в объёме. Если процент брака изделий достигает слишком высокого значения, зарплата в этом месяце снова падает. Если работницы ОТК пропускают единицы брака и не могут доказать, что это не брак, их месячная зарплата тоже теряет в объёме. И так у всех. Для всех работников Иван разработал свои нормативы и вынуждал им следовать.

В маленьком коллективе эта система работает прекрасно, поэтому Биксу только и оставалось, что следить, чтобы сбои не возникали, а если, всё же, возникали, то устранялись как можно быстрее. Как оно будет при увеличении масштабов предприятия — это можно узнать только на практике.

— Готовая партия? — спросил Иван, указав на ещё не заколоченные деревянные ящики.

— Да, господин, — ответила Готека, работница ОТК. — Заполняем журнал.

— Отлично, — улыбнулся Иван и вытащил одну из упаковок лезвий.

В каждой бумажной упаковке по пять лезвий, упаковка стоит двадцать медяшек. Одного лезвия хватает, как было установлено опытным путём, на 4–5 сеансов бритья. То есть, при стоимости услуг цирюльника, обходящихся по 5–6 медяшек за сеанс бритья, выходило намного выгоднее купить станок и лезвия. Конечно, в таком случае не будет беседы, тазика с кипятком для распаривания кожи, а также лично замешанной цирюльником пены, но люди идут туда, где дешевле. И Т-образный станок даёт им существенную экономию при приемлемом качестве бритья. А ещё ведь есть две бесплатные упаковки лезвий, идущие в комплекте при покупке станка.

Вроде бы мелочь — небольшая упаковка с кусочками закалённой стали внутри, но в этих кусочках стали таится могущество.

Завтра прибудет грузовик из столицы, в который погрузят все эти коробки. Иван не сомневался, что торговый агент мастера Шаго не остаётся в накладе и делает деньги на спекуляции, но это не имеет никакого значения. Главное — он получает свои двадцать медяшек за каждую упаковку. Десять тысяч упаковок — две тысячи золотых кеонов. Расходы на станки, аренду помещения, переезд и найм работников были с лихвой перекрыты прошлой поставкой. Цена лезвий, естественно, неадекватна, но Иван понимал, что долго эффект новизны использовать не получится, поэтому сейчас лишь снимал сливки. Когда появятся конкуренты, а они уже должны были начать активно шевелиться, нужно будет внедрять что-то ещё.

Даже замки кто-то уже обязательно скопировал и потихоньку производит, поэтому на старых и простых идеях много заработать нельзя. Но Ивану не нужны надёжные инвестиционные проекты. Ему нужны схемы, позволяющие заработать много и быстро. Например, как эти лезвия.