С силой врезавшись в металлическую стену, он уронил тесак, попытался нащупать его, но безуспешно. Далее он лихорадочно ощупывал стены, чтобы найти поворот. Проём был найден спустя секунды, поэтому Пусон вновь поднялся на ноги и побрёл дальше.

Спустя десяток секунд, свет вновь мигнул, но этот момент был пропущен Пусоном, поэтому дальнейший маршрут он не запомнил.

Было до безумия страшно, он часто дышал и обильно потел холодным потом. Карболитовая рукоять револьвера быстро стала скользкой. Смерть где-то за спиной, а жить Пусону хотелось. Потому что он только начал. Потому что не был до конца уверен в том, что после того, что уже успел натворить на разбойной стезе, его ждёт хороший мир для следующей жизни.

Проводники говорят, что качество следующей жизни сильно зависит от того, как ты прожил предыдущую. Мессия не был праведником, поэтому оказался здесь, в очень паршивом месте, где постоянные религиозные распри, знать враждует со знатью, голод, холод и война. Мессия сумел изменить всё это, но Пусон не из тех людей, кто способен на такое. Он не считал себя личностью, способной ломать волю королей и герцогов, переубеждать богословов и вести за собой многотысячные войска. Поэтому умирать сейчас очень сильно не хотелось. Ведь если он не сможет сделать в следующей жизни совсем ничего, то после неё будет жизнь ещё хуже, и так до бесконечности. Оснований сомневаться в проповедях проводников у Пусона не было, поэтому ему нужно постараться выжить.

Можно ведь отмолить свои прегрешения, бросить неправедный промысел, распродать награбленное, пожертвовать нуждающимся, а самому записаться в столице в волонтёры, чтобы помогать голодным и бедным…

«Клянусь, если выживу…» — Пусон вновь врезался в стену.

Тусклый свет появился на мгновение, но, на этот раз, он был готов и успел выхватить некоторые детали. Метнувшись влево, он пробежал метров пять, но уже осторожно коснулся металлической стены, ребристой и холодной.

— Кто здесь, ёбаный свет⁈ — раздался голос Мерзавца, после чего последовал звук взводимого курка.

«А сами говорят, что взводить надо…» — мимолётно пронеслось в голове у Пусона.

— Это Пусик! — воскликнул он. — Не стреляй!

— Где Гном? — спросил Мерзавец после короткой паузы.

— Не знаю! — ответил Пусон. — Стало темно, я услышал хрипы, а потом побежал!

— Не ори, — приказал ему Мерзавец. — Иди на голос.

Ещё раз «моргнул» свет, на фоне раздалась азартная стрельба, вроде бы, из револьверов. Пусон сумел различить впереди Мерзавца и Берена.

— Сюда иди! — вновь позвал Мерзавец. — Пусяк, мать твою! На нас, сука-мать, напали! Это засада!