— Ты в этой теме разбираешься?

— Не слишком хорошо. Так, общался с парой человек…

— Понятно… Профессор Тайдволкер из них?

— А ты, как я смотрю, изучил почву? — усмехнулся Максус, — Да, он один из немногих, кто занимается развитием этого направления. Человек со странностями, упёртый, как баран, а ещё вспыльчивый. Но в его голове такая прорва знаний, что пожалуй, не будь его характер таким скверным — мог бы занять пост ректора.

Я кивнул. Дорн Тайдволкер заведовал кафедрой энергетики, и в своё время именно он пригласил меня на выступления в Академии. Несмотря на характеристику Ремо, мы с ним довольно неплохо пообщались. К тому же — профессор действительно был известен как создатель нескольких артефактов.

— Что ж, тогда, если ты не против, я прокачусь до Академии. Может быть, ещё удастся его застать.

Мы попрощались, и ещё через полчаса я оказался на площади перед новеньким пятиэтажным зданием, построенным из красноватого камня, с кучей балконов, портиков, высокими окнами и тянущимися к небу шпилями.

Я неспроста подумал о Дорне в числе первых. Вместе с записями и устройством Дайша прислала мне записку, в которой рекомендовала обратиться именно к нему, и в случае чего — сослаться на неё. А то, что мы с Тайдволкером уже были знакомы — не более чем удачное стечение обстоятельств.

Мне улыбнулась удача — профессор оказался на кафедре, и как раз сейчас у него было свободное окно. Вообще, как я понял, в первый год студентов, вопреки всем слухам, поступило не очень много. Большую часть желающих просто не приняли или отчислили в первые полгода. Из-за очень низкого уровня умений и контроля, а также неспособности развиться до определённых ступеней.

Господин Дорн меня помнил, и с радостью принял. Низенький, полноватый и совершенно лысый энергомаг с проступающими на лице синими прожилками, пригласил меня в свой кабинет и угостил ароматным чаем с печеньем. Бутылку вина, подаренную мной, распаковывать не стал, и убрал её в ящик стола.

Какое-то время мы обсуждали происходящее в Академии и городе, а после я всё же не удержался, и передал ему привет от Дайши. Чтобы обозначить начало разговора так сказать.

— О, княжна Росселинья? — обрадовался он, — Да-а, девушка хоть куда, согласитесь?

— С этим трудно поспорить, — вежливо согласился я. Надо же, этот человек не стесняется столь открыто высказывать одному аристократу мнение о другом!

— Не поймите меня не правильно! — он быстро сообразил, что к чему, — Я искренне ей восхищаюсь! Такие знания… Мы встречались всего трижды, но поверьте, каждый раз я думал, что госпожа Джессалин куда умнее всех моих знакомых учёных вместе взятых.