Так что, заключив позорную, в какой-то мере, сделку с совестью, я остался в Тарнаке.

Кстати, одной из причин был профессор Тайдволкер и его украденные склянки. Это дело, вылившееся в отдельное расследование, обернулось куда лучше, чем можно было рассчитывать.

Да, сохранить произошедшее в тайне у нас не получилось. Слишком много людей оказалось втянуто в события, и слишком большое количество влиятельных персон эти самые события затронули. Пусть и косвенно, но всё же…

Если рассуждать честно, после случившегося с Вейгаром меня это волновало не слишком сильно. Однако кое-какие действия предпринять пришлось. По-крайней мере для того, чтобы сохранить собственное лицо — ведь это именно я обратился к Тайдволкеру и согласился на его просьбу о помощи, и именно я обещал, что о произошедшем не станет никому известно.

Что тут скажешь — не всегда всё получается, как мы планируем. Как говорили мои далёкие предки — «человек предполагает, а Господь располагает». Ну, вот сейчас так и получилось…

Тем не менее, предполагаемых кар и санкций для профессора не последовало. Когда стало понятно, что благодаря его оплошности удалось выйти на заговор двух семей, мы с Норманом придумали не слишком складную, но вполне рабочую историю.

Согласно ей, мы получили информацию о готовящейся краже от анонимного источника, и сами вышли на Тайдволкера. Уговорили его помочь нам, а затем выследили грабителей. Ну а дальше и врать не пришлось.

Конечно, эта выдумка пестрела белыми пятнами. В частности, смерть Мариуша быстро замяли и уже через неделю о нём никто не вспоминал. Кроме, разве что, пары приятелей да его девушки, которой наши Семьи выделили небольшое пособие и попросили не трепать языком.

Нас с де Бригезом даже не подумали проверять с помощью менталистов — статус аристократа давал полное право отказаться от этой процедуры (по крайней мере, в Тарнаке). Да и главам наших Домов, когда они услышали слова рябого, лишних подтверждений уже не требовалось.

Они постарались донести до городского Совета ту информацию, какую посчитали нужной. И главное — сделали это так, что у властей Тарнаки не возникло абсолютно никаких вопросов к нашим Семьям.

Надо сказать, пропагандисты у де Бригез и Рафосс были ещё те… Им не составило труда обрисовать ситуацию в нужных красках, и теперь все мало-мальски важные люди знали, что семье Финьярд здесь не рады. Более того, в случае их возвращения в город надлежало задержать каждого представителя этой семьи, оставить на допрос в главное отделение полицерии. А их имущество, судя по всему, будет конфисковано и распродано на торгах.