— А презумпция невиновности в Российской Федерации уже не работает? — спросил я. — Или я обязан свидетельствовать против себя? Если вы считаете, что я как-то замешан в том, что происходило в башне «Губерния», то докажите это. Я, например, просто прогуливался в красивом районе. Мне нравится смотреть на небоскребы по ночам.

— Вот как? — майор продолжала улыбаться. — А сломанный экзоскелет, значит, там оказался случайно?

— А это у Князя спрашивайте, — ответил я. — Это, кстати, в его духе: пойти штурмовать штаб-квартиру крупной корпорации, а потом взорвать ее.

— Ты нас совсем за дураков считаешь? — спросила она. — Мы уже взяли анализ ДНК из экзоскелета. Он на сто процентов совпадает с твоими данными. Так что тут, увы, не отвертеться.

— У вас в базах есть ДНК Олега Орлова? — спросил я. — Более известного, как Князь?

Она вдруг замолчала, ее взгляд расфокусировался, наверняка набирала кому-то сообщение. Я только откинулся на стуле и снова улыбнулся. Ну, давайте, почему бы и нет. Посмотрим, что там будет.

— Есть, — ответила она. — Старый, но есть. Он оставил немало следов.

— Пускай запустят сличение, — сказал я. — Сравнят образцы из экзоскелета с ДНК Князя.

— Ты меня за нос водишь? — прищурилась она. — Пытаешься меня дурой выставить? Если так, то дело не пройдет.

— Да нет, — ответил я. — Не поверишь, но я искренен. Ты проверь. А как будут результаты, расскажешь мне об этом. Но пока… Объясни мне мой юридический статус. Кем я являюсь? Подозреваемым? Или просто лицом, задержанным для профилактики? Человеком, который оказался не в то время не в том месте?

— Подождешь тут, — она встала и двинулась к двери.

— Эй, — остановил я ее. — Вы хоть покормите меня что ли, я не ел со вчерашнего дня. И курить хочу очень сильно.

— Обойдешься, — она закрыла за собой дверь.

Ну вот ушла. И куда, интересно?

Да уж блядь, настоящая ищейка. Интересно, есть у нее семья, дети? Или все, что ее интересует — это работа? Нет, наверное, она неплохой полицейский, пробиться в майоры, да еще и женщине — не так уж и просто. Это в рядовых сотрудниках оказаться нетрудно, их набирают постоянно, по всему городу агитационные плакаты висят. Но они и мрут как мухи, конечно. А вот в опера попасть…

Вытянув вперед ноги, я уставился в потолок. Была бы моя воля, я бы их вообще на стол закинул бы, да только это не так просто, когда ты сам к столу прикован.

Комната для допросов вообще не приспособлена, чтобы тут долго сидеть. И нахождение в ней должно доставлять человеку максимальные неудобства.

Блядь, да здесь даже взгляд задержать не на чем. Стены ровные, серые, потолок.