Я снова выстрелил, на этот раз в плечо.
Пулевое ранение плеча. Нарушение подвижности конечности.
Пистолет упал на пол. Я подошел ближе, заценил новую версию ПЛК-м, а потом пнул ствол от греха подальше в сторону. Наклонился над ним.
— Кто-то еще тут есть? — спросил я.
— Иди на хуй, сука! — заорал он мне прямо в лицо. — Иди на хуй!
Я схватился за осколок и немного покачал его в ране, получив в лицо крики и еще одну порцию мата.
— Кто ещё тут есть? — спросил я.
— Никого! — завопил он. — Ты всех убил! Всех убил!
Слуховой имплант у меня все-таки неплохой, потому что шаги со стороны входа я услышал даже через его вопли. Хотя, может быть, дело в том, что человек этот даже не думал скрываться, и бежал со всех ног.
Повернулся, вскинул винтовку и двумя короткими очередями перечертил еще одного парня, вооруженного таким же, как у меня, Винторезом.
Множественные пулевые ранения грудной клетки. Повреждения внутренних органов. Мгновенная смерть.
Ага, этот, видимо, от входа прибежал на выстрелы. Ну что ж, мне оно и на руку, не придется с ним разбираться. Но опять же, это значит только то, что скоро сюда приедет полиция, потому что работяги наверняка ее вызвали. Впрочем, сколько-то времени у меня ещё есть.
Я повернулся и врезал пощечину истекающему кровью барыге, после чего схватил его за горло.
— Где девчонка? — спросил я. — Ну?
— В фургоне, — кажется, он понял, что настроен я серьезно, и в отказ идти не вариант. — В фургоне она.
— Ключи? — спросил я.
— В кармане, — прохрипел полузадушенный ублюдок.
Я запустил руку ему в карман, и действительно вытащил оттуда брелок с ключами. Нажал на кнопку, и фургон приветливо моргнул фарами. Ну и отлично, будет у меня транспортное средство.
Я встал, подошел к задней двери, рванул ее на себя, и увидел там Ив. Девушка была жива, с виду цела, и даже в одежде. Значит ничего плохого ей сделать не успели, только связали. Увидев меня, она стала дергаться и что-то мычать, но неразборчиво: мешал кляп во рту.
— Сука, — выругался я, вернулся к раненому, который, воспользовавшись тем, что я отвлёкся, принялся отползать назад, оставляя за собой широкий кровавый след.
Навел точку коллиматорного прицела ему в лоб.
— Не надо, — вдруг попросил он.
Но я спустил курок.
Глава 22
— Они тебе ничего не сделали? — спросил я, вытащив кляп изо рта девушки.
Я уже вынес ее наружу из фургона, положил на один из больших ящиков. Разрезал веревки, которые удерживали ее руки и ноги ножом, который таскал с собой.
Девушка встала, и двинулась в сторону убитого мной последним барыги. Пнула его ногой, хотя там и так было ясно, что он мертв. Когда у тебя мозги разбрызганы по бетону, уже особо ничего не чувствуешь.