Второй двинулся следом. Я на мгновение обернулся, и увидел в его правой руке телескопическую дубинку. Ну да, стоит мне дернуться, как тут же отоварят.

К моему удивлению мы прошли мимо помещений для допросов и двинулись дальше. Черт, и куда же тогда меня ведут?

— Куда мы? — спросил я.

— Иди, давай, — ответил тот, что шел сзади. — Иначе, смотри, приголублю, не побрезгую.

Ага, исчерпывающий ответ. Были бы у меня руки свободны. Да, впрочем, даже если и были бы, ничего кроме морального удовлетворения это мне бы не принесло. Зато у следователей появился бы реальный повод засадить меня до конца дней. Нет, он и сейчас есть, но доказать надо, а вот если я убью одного из полицейских, да еще и под камеры.

— А где Анастасия? — не унимался я. — Вроде же она ведет мое дело.

— Дело передали нам, — проговорил передний. — Впрочем, это ненадолго, тут и так все ясно. Так что сидеть тебе долго, Петров, до конца своей жизни, а это будет не очень и долго, потому что в тюрьме такие как ты не выживают.

— Отморозь сраная, — сказал второй.

Мы прошли через всю управу, шли долго, а потом вышли к еще одной металлической двери. Тот, что шел впереди, открыл ее, и даже поддержал, пропуская меня. Оказавшись на улице, я первым делом осмотрелся. Ба, а ведь это двор. Вот и машины полицейские стоят: «Нивы», «Ники», «Москвичи». Старье, конечно, но кто тратит деньги на финансирование полиции?

Лучше правительство будет тратить деньги на то, чтобы сделать всех граждан послушными овцами, которые даже помыслить не смогут о преступлении.

— Вперед давай, к машине, — сказал задний. — Поедем на место.

— Какое место? — не понял я.

— На очную ставку. Расскажешь нам, как вломился в башню, как охрану перебил, и как бомбу заложил.

Интересно, как они собрались проводить очную ставку в здании, которого больше нет? Честно говоря, вся эта история воняет… Говном. Причем я, кажется, в этом говне уже примерно по колено.

Да ладно на самом деле, кому я пизжу. Я в этом говне по шею, причем ровно с тех пор, как нарвался на драку на выходе из клуба после концерта.

— Эй! — послышался у меня за спиной женский голос. — Куда вы его повели?

Я обернулся и увидел рыжую девушку-майора, которая со всех ног бежала в нашу сторону по коридору. А вот теперь я чувствую не только запах, но и вкус говна. Интересно дела оборачиваются.

— Не лезь не в свое дело, — ответил один из капитанов, развернувшись. — У нас есть санкция руководства.

— Какие санкции, ты о чем вообще? — закричала она. — Это мое дело, мой подозреваемый. И вообще, он важный свидетель в другом деле, ему нельзя покидать участок.