Ей бы как раз наготове быть, с пушкой в руках, мало ли, кто вломится. Я-то в капсуле буду, к сети подключен… Впрочем, хули ей что-то говорить, она, хоть и назвалась моей девушкой, все равно кошка, которая гуляет сама по себе. Слушать не будет.

— Те браслеты током не долбят, — ответила Крисси.

Она отошла подошла к устройству, активировала консоль, стала что-то набирать на клавиатуре. Загудели кулера, раздалось несколько мелодичных сигналов.

Я разделся, оставшись в одних трусах, подошел к капсуле, уселся на край, собираясь забраться внутрь.

— Трусы тоже снимай, — остановила меня Крисси.

— Зачем? — не понял я.

— Затем, что у тебя яйца испекутся, — ответила хакерша. — Если этого не хочешь, то и их придется охладителями обложить. Не стесняйся, что я там не видела.

— Вы что, трахались? — развернулась вдруг Ив.

— А ты думала, что у тебя пизда из золота? — вопросом на вопрос ответила Крисси. — И что он никогда никого кроме тебя не трахнет?

— Тише, — я предупредительно поднял руки. — Это было один раз. Еще до того, как я с тобой познакомился. И никогда больше не повторится.

— А жаль, — заметила хакерша.

Я снял с себя трусы, забрался в капсулу, улегся на ложемент. Да, точно старое поколение, в той капсуле, что была на квартире ее подруги все было удобнее и комфортнее. Ну и не было нужды в охладителе.

Крисси подошла к холодильнику, и достала из него самый обычный пластиковый мешок. Вернулась к капсуле, и стала доставать их него охладительные пакеты, которые стала укладывать прямо на меня. Я поморщился. Они были действительно ледяными.

Посмотрев мне прямо в глаза и усмехнувшись, девушка взяла мой член и дважды провела по нему рукой вверх и вниз. Я уверен, что сделала она это исключительно для того, чтобы позлить Ив. А потом положила один из пакетов прямо мне на яйца.

— Уй, бля, — проговорил я, застучав зубами. — Холодно.

— Не боись, как я тебя подключу, так и согреешься, — ответила девушка, отбросила в сторону пустой пакет, вытянула коннектор и вставила его мне в индивидуальный разъем. — Жарко будет, но, надеюсь, за сорок градусов не перейдем.

— Сорок — это мой любимый градус, — кивнул я. — Только я слышал, что при сорока двух уже денатурация белка происходит, и человек умирает.

— Поэтому я тебя этими пакетами и обложила, — спокойно пояснила девушка, и закрыла капсулу.

Заработал вентилятор, прогоняющий воздух вдоль капсулы. Это хорошо, задохнуться мне совсем не хочется… Но все равно некомфортно, ощущение, будто меня заперли в стеклянном гробу. И даже пошевелиться нельзя, иначе эти гребаные пакеты с меня свалятся.