— Да, весьма впечатлён. Я слышал, что вы сегодня после концерта встречаетесь с Картером?

— Как вы видите, он сам ко мне прилетел на встречу. Облажались его люди по полной и ему за них придётся отвечать.

— Я в курсе, что он на прошлой неделе нажал ядерную кнопку и вы решили этот вопрос.

— Тем самым объявив войну нам. Потом ему дали еще раз по башке и он теперь очень хочет с нами дружить. Но его всё время подставляют.

— Да, мы это знаем. Вы хотите, я так понимаю, поставить вопрос ребром?

— Конечно. Ядерных ракет у него нет, с авиаций и подлодками тоже швах. Поэтому вопрос стоит конкретно: а нужен ли нам такой президент?

— И у вас есть неопровержимые доказательства?

— Ануннаки передали мне всю информацию и я её перевёл в наш видеоформат. Теперь всё записано на видеокассете.

— Теперь понятно. Есть ещё один вопрос. Сегодня мы получили шифрограмму из Москвы от товарища Брежнева. Вот она.

Наш «молчи-молчи» протянул мне запечатанный конверт, где был вложен листок с текстом: «Андрей, в районе советской антарктической станции «Мирный» наши полярники наблюдали воздушный бой между твоими «летающими тарелками» и чужими. По описанию, «чужие» выглядят крупнее и имеют другой цвет. Твои загнали «чужих» куда-то вглубь льдов ближе к полюсу, повисели и затем улетели. Брежнев».

Да, моя гипотеза полностью подтверждается. «Тёмные» атланты существуют и всё никак не успокоятся. Только вот если американцы узнают о том, что у наших ануннаков есть враги, у которых тоже есть ЛА, то они попытаются их найти первыми. Любая утечка информации об этом может поставить под удар всю мою игру. Значит, необходимо скрыть любые сведения об этом происшествии. Брежнев это тоже понимает и тех полярников в ближайшие сутки эвакуируют на Большую землю.

А что с этими двумя делать? «Молчи-молчи» — это шифровальщик из ведомства моего отца. Но я их обоих просканировал и они сами понимают, что стали секретоносителями высшей категории. Значит, надо чистить им мозги.

— К сожалению, Анатолий Фёдорович и Пал Палыч, — обратился я к ним, — у вас нет допуска к этой сверхсекретной информации. Я вынужден эти сведения удалить из вашей памяти.

— Но я же член ЦК, — ответил посол взволнованно. — Так вы и с памятью так можете?

— Это тоже сверхсекретная информация.

И я за две секунды блокировал все сведения по «летающим тарелкам» из их сознания и подсознания. Блок не сможет снять никто, кроме меня. Это им никак мешать не будет. Только при упоминании о «летающих тарелках» они будут испытывать непонятное для себя беспокойство.

— Значит, Андрей Юрьевич, вы хотите дожать Картера по ряду вопросов? — продолжил посол, совершенно забыв, что мы только что говорили о шифрограмме из Москвы, которую я, предусмотрительно, убрал в карман.