— Только не очень долго, — ответил Леонид Ильич. — Я хочу ещё его несколько песен послушать.

Когда мы остались одни, Андропов поздравил меня с высокими наградами.

— Спасибо вам, — ответил я, — не ожидал я такого.

— Заслужил. А с наградами, это дело привычки. Второй раз, когда награждают, уже не так волнуешься.

— Если ещё наградят, то сравню ощущения.

— Если вторую «Золотую звезду» получишь, то тебе на родине бронзовый бюст поставят.

— Ого, вот это да. Но до этого мне ещё далеко. Я хотел вас спросить, как там сбитый корейский лайнер?

Ночью в четверг 20 апреля 1978 года авиалайнер Boeing 707-321В южнокорейской авиакомпании Korean Air Lines (KAL) совершал пассажирский рейс по маршруту Париж — Анкоридж — Сеул, когда, значительно отклонившись от курса, оказался над Кольским полуостровом, тем самым нарушив воздушную границу СССР. Там он был перехвачен и, после попыток заставить его добровольно приземлиться, в 21:45 был обстрелян ракетой воздух-воздух Р-8 советским истребителем-перехватчиком СУ-15. Ракета взорвалась возле второго двигателя, повредив его и оторвав часть левого крыла длиной три метра, и, из-за полученных в результате обстрела повреждений фюзеляжа и разгерметизации салона, самолёт совершил вынужденную посадку на лёд озера Корпиярви в Карельской АССР. Но всего этого я Андропову говорить не стал, он и сам об этом прекрасно всё знает и без меня.

— А ты откуда знаешь? Ах, да, кому я задаю этот вопрос. Разобрались с ним, всех отпускаем и будем требовать сто тысяч долларов за содержание пассажиров.

— Не заплатят, а самолёт оставят, чтобы не тащить в Корею.

— Понятно. Я хотел тебя спросить, есть ли какая дополнительная информация по покушению.

— Нет. Но я почувствовал, что того, кто в вас стрелял, больше не существует.

— Это как? Его убили?

— Похоже на то. Я его больше не ощущаю среди живых.

— Вот даже как. Этого следовало ожидать. Обрубили концы.

— И ещё могу добавить. Всего их было четверо, кто участвовал в организации покушения на вас. Теперь их осталось трое. Кто эти трое, я не знаю, но, при близком контакте с ними, я смогу их однозначно распознать. Среди тех, кто находится сейчас на даче и с кем я сегодня здоровался за руку, этих людей точно нет.

— А это очень даже хорошо. Мне нужно будет подумать на досуге об этом.

— Я тут ещё увидел, какие опасности будут угрожать Брежневу в ФРГ. Седьмого мая Леонид Ильич будет вылетать из Гамбурга в Москву и его самолёт чуть не столкнётся с американским военно-транспортным самолетом, которого там не должно было быть в тот момент. Считать ли это попыткой осуществить террористический акт со стороны американцев или нет, я не знаю, так как никаких данных я в будущем не обнаружил. Командир корабля и экипаж смогут справиться с этой ситуацией, но их желательно было бы об этом предупредить.