— Так и было, Леонид Ильич, — сказал главный егерь и посмотрел на меня. — А ты, Андрей, парень не промах, хладнокровно действовал и точно. Мы втроём подстрелили четверых кабанов, такое редко бывает.

— Да, хорошо поохотились, — высказал общее мнение Брежнев. — Если бы не ты, Андрей, четвёртый бы ушёл подранком. Значит, отец тебя правильно учил охотиться. А теперь пошли к кабанам, посмотрим на результат, а потом за стол, это дело, по русскому обычаю, надо как следует обмыть.

Мы спустились с вышки и пошли смотреть трофеи. Да, знатные туши. Кабан Леонида Ильича был самым большим, килограмм под сто двадцать.

— Вы, Леонид Ильич, самого крупного подстрелили, — сказал я, обращаясь к Брежневу.

— Да, боров ещё тот, — ответил довольный Генсек. Было видно, что настроение у него было просто отличное.

Первый, кто появился на поляне, был охотник с фотоаппаратом, который заставил нас фотографироваться на фоне наших трофеев. Он сделал несколько снимков нас всех троих вместе, потом меня с Брежневым. Леонид Ильич, довольный охотой, даже положил мне руку на плечо, когда мы с ним вдвоём фотографировались. Это был знак его особого расположения ко мне.

Подошедшие загонщики занялись разделкой туш, в мы пошли назад к даче. По пути мы подробно обсуждали все детали охоты, как обычные мальчишки, размахивая руками и хвалясь своими успехами. Вот что значит настоящая охота, ей все возрасты покорны. Здесь все равны: и дети, и взрослые.

Увидев наши сияющие лица, все, кто оставался на даче, сразу догадались, что охота была более чем удачной. Леонид Ильич отдал свой штуцер Егору Прохоровичу и я сделал тоже самое. Главный егерь их подхватил и пошёл в сторону охотничьего домика, видимо, чистить. Гильзы, которые я вынул из стволов, выбрасывать не стал, оставил себе на память. Буду гостям показывать, что этими двумя патронами добыл двух кабанов на охоте с самим Брежневым.

Нас уже ждал накрытый на открытом воздухе стол. Леонид Ильич по второму разу стал рассказывать сидящим вокруг, как мы охотились, нахваливал меня, ну и себя не забывал. Первый тост, который произнёс Брежнев, был короткий: «За удачную охоту!». После этого он спросил меня:

— Письмо привёз?

— Конечно, Леонид Ильич, — ответил я. — Пакет у меня в беседке остался.

— Бери пакет и пошли в охотничий домик. Я возьму своего помощника, он мне его переведёт.

Я сходил за пакетом и прошёл в охотничий домик. Там уже сидели Брежнев, Суслов, Андропов, переводчик и ещё какой-то мужчина, которого я не знал. Меня пригласили за стол и переводчик стал переводить письмо. В нем были обычные витиеватые приветствия, уважительные похвалы в адрес Брежнева как лидера великой державы. Было видно, что текст письма ему понравился. В конце послании королева благодарила его за меня, за то, что я спас их людей и приглашала Леонида Ильича посетить Великобританию в любое удобное время с дружеским визитом.