Телевидение — это значит, что тебя увидит вся страна и надо не ударить в грязь лицом. Нас будут внимательно изучать миллионы советских телезрителей и необходимо выглядеть на все сто. Русскую поговорку, что встречают по одёжке, а провожают по уму, никто не отменял. Поэтому я сказал, что всё девять платьев ей очень идут, но вот те два — лучше всех. В них она будет выглядеть просто сногсшибательно для противоположного пола, да и у своего пола тоже, одетая в именно в эти два платья Солнышко, вызовет зависть и ревность. Такие мои аргументы были железобетонными и остальные семь платьев были убраны Солнышком в шкаф до следующего раза.
Из двух одобренных мной платьев Солнышко смогла выбрать, в результате, одно, но было видно, как тяжело ей было расставаться с остальными восемью. Хорошо, что обувь мы купили под цвет каждого платья, поэтому здесь задержек не было вообще. С прической Солнышко даже не стала особо заморачиваться, просто их расчесала и закрепила лаком. Получилась топ-модель с обложки зарубежного глянцевого журнала.
Так как я знал, что процесс одевания у женщин может затянуться, и не только может, но обязательно затянется, я его организовал с большим запасом по времени. Поэтому в Останкино мы выехали вовремя и в хорошем настроении, потому что примерка у женщин часто заканчивается ухудшением их настроения или, вообще, скандалом. Виновниками скандала оказываются, как всегда, мужчины, хотя они могут во время примерки вообще не проронить ни слова или даже в этот момент отсутствовать. Платье не налезло? Кто виноват — мужчина. Туфли жмут — опять мы виноваты.
Телестудия в Останкино встретила нас суетой. За нами на проходную спустилась девушка, представившаяся помощницей ведущего передачи, и отвела в гримёрную. Там нас немного попудрили, чтобы лицо не бликовало в камере. Солнышко чуть-чуть волновалась, но мне удалось её полностью успокоить. Мы расселись перед двумя телекамерами и ведущий начал задавать вопросы, а мы отвечать. О нас, об учебе, о школе, о друзьях, о фан-клубе, о творчестве. Солнышко держалась хорошо, не было уже прошлой скованности, как во время интервью на «Маяке». Спросили, что делать с письмами, которые приходят к ним в студию.
— А вы отправляйте письма на адрес нашей школы, — предложил я. — Их отсортируют в нашем фан-клубе и мы их обязательно прочитаем. И ребятам будет интересно поработать с письмами и нам проще будет отвечать на вопросы и их просьбы. Наш завуч, Людмила Николаевна, надеюсь будет не против этого. Я думаю, комитет комсомола поддержит моё предложение и нам выделят в школе небольшое помещение.