— Это информация о нашем чиновнике очень высокого ранга, который уже три года работает на ЦРУ и через две недели не собирается возвращаться на Родину, то есть собирается стать невозвращенцем и предателем. Это стоит того, чтобы оказать услугу мне?
— И ты знаешь его фамилию и можешь её назвать?
— И не только фамилию и все факты по этому делу, но даже информацию его помощника о том, что он его давно подозревает в измене, а руководство на его доводы не совсем своевременно реагирует. Этого достаточно, чтобы начать ускорять мой вопрос?
— Да, вполне достаточно. Если бы ты не был сыном Юрия Леонидовича, я бы не поверил.
— Отец вообще не знает об этом и не имеет к этой информации никакого отношения. И ему лучше ничего не знать. Самое главное заключается в том, что уровень этого чиновника настолько высок, что вам придётся докладывать об этом лично Юрию Владимировичу. Велика вероятность утечки.
— Да, создал ты проблему на ровном месте. Не ожидал, что всё так серьезно.
— Можно всё забыть и сделать вид, что этого разговора не было, — предложил я. — Песни и без ускорения, я надеюсь, зарегистрируют, за те же за пять дней.
— Нет, теперь это уже невозможно. Придётся тебе помочь. Ладно, сиди, я все сам сделаю.
Василий Романович стал звонить начальникам отделов, кто занимался регистрацией стихов, песен и музыки и вызвал их к себе. Пришли двое мужчин, Ситников передал им мои документы и магнитофон с кассетой, ноты со словами и мое свидетельство о рождении. Продиктовал данные отца для открытия на его имя счета в Госбанке. Попросил их сделать всё максимально быстро, отложив на время все текущие дела. Те пообещали сделать всё, если не возникнет никаких проблем с текстами и музыкой, за час-полтора и ушли.
— Ну вот, — сказал Василий Романович. — Я сделал всё, что обещал. Теперь рассказывай всё, что знаешь. Надеюсь, это того стоило.
И я начал рассказывать.
Глава 11
Предатель
— Речь пойдёт о заместителе Генерального секретаря ООН по политическим вопросам и делам Совета Безопасности ООН, — сказал я и посмотрел на Ситникова.
— Шевченко?
— Да, Аркадий Николаевич, правая рука Громыко, его друг и протеже.
— Ого, это очень серьёзно. Должны быть железобетонные факты, чтобы идти к Андропову, минуя его замов и начальников управлений.
— Юрий Иванович Дроздов, наш резидент в Штатах и зам Шевченко, уже год докладывает руководству, что Шевченко предатель. Самое главное, что руководство поверило и тридцать первого марта, в пятницу, отправит шифротелеграмму о том, что третьего апреля Шевченко должен вылететь в Москву для консультаций.