— Сердце матери не обманешь.
— Красиво говоришь. Ладно, что с вами делать. Только как-то скучно дома без дочки. Ты её когда вернёшь?
— В пятницу утром съездим за бабушкой и верну. Можно до пятницы?
— Хорошо, уговорил.
Солнышко стояла рядом, приложив ухо к обратной стороне трубки, и с замиранием сердца ждала вынесения приговора. Услышав последнее слово, она бросилась меня целовать.
— Это она тебя целует за то, что я разрешила ей остаться с тобой до пятницы? Вот чертовка. Совсем о матери забыла.
— И ничего я не забыла, — выхватив у меня трубку, ответила Солнышко маме.
И она стала рассказывать обо всех событиях сегодняшнего дня, кроме, конечно интимных подробностей нашей личной жизни. Мы пока эту тему дипломатично не затрагивали.
Пока они общались, я пошёл за гитарой и стал напевать и подбирать мелодию песни «Яблоки на снегу», которую исполнял в будущем Михаил Муромов на стихи Дементьева. Я напевал тихо, чтобы не мешать общению будущей моей тёщи и моей невесты.
Яблоки на снегу — розовые на белом
Что же нам с ними делать, с яблоками на снегу
Яблоки на снегу в розовой нежной коже
Ты им еще поможешь, я себе не могу.
Припев
Яблоки на снегу, яблоки на снегу
Яблоки на снегу, яблоки на снегу
Ты им еще поможешь, я себе не могу
Ты им еще поможешь, я себе не могу
Получилось очень хорошо. Тут вошла Солнышко и, прищурившись, сказала:
— Ты что-то сочинил?
— Вы болтаете, мне скучно. Вот и решил сегодняшний придуманный мною припев превратить в песню.
— Спой, я хочу послушать, — запрыгала вокруг меня Солнышко.
— Ладно, слушай песню «Яблоки на снегу».
От моей новой песни Солнышко была в восторге.
— Ты гений! Я люблю гения! — пела от восторга и кружилась в центре комнаты богиня. — Меня любит гений!
Мы смеялись, шутили и веселились. Потом Солнышко рассказала, что мама за нас рада и гордится нами. На работе она показывала наши фотографии своим подругам. Все ее знакомые уже знают, что мы — группа «Демо». В девять часов вечера мы прослушали себя любимых по радио. Ведущий говорил о нашей популярности и таланте, но мы его уже не слушали. Нам было хорошо вдвоём.
Глава 18
Интерлюдия :Андропов
Юрий Владимирович сидел в своём кабинете номер два на Лубянке и думал о феномене Музыканта. Наружка доложила, что ещё неделю назад он был обычным пятнадцатилетним юношей. Ничем особым не выделялся. Учился почти на отлично. Характеристика на отца никаких нареканий не вызывала, в ней были даны только положительные отзывы. И вдруг такое. Ладно музыка. У этих композиторов всё не как у людей. По «Маяку» случайно услышал его песни. На удивление, четыре песни понравились, особенно «Трава у дома». И популярным стал почти мгновенно. Но если есть талант и поддержка отца, да и мы, чего греха таить, немного помогли, тогда много можно добиться. Докладывают, что уже и фанаты орут под его окнами.