Скорость волны у побережья Индии была уже более 300 км\ч, а дальше на континенте за счёт горной местности ещё больше снизилась и не несла серьёзных разрушений. Кавказские горы по сути приняли на себя «обессилевшую» волну. Даже Ной со своим ковчегом вроде бы у горы Арарат парковался. Мы из убежища наблюдали жалкие остатки всемирного потопа, который всего на какие-то три-четыре метра затопил местность и сошел в течение двух недель. В целом, в комплексе с ядерными ударами, потоп практически уничтожил человечество.

Безусловно, пока выживших много, но укрытий от радиации на всех не хватило. К тому же, судя по записям космонавтов, ядерная зима всё же наступила. Поверхность планеты практически скрыта облаками, лишь иногда попадались разрывы. Тут тоже сказалось несколько факторов. Термоядерные взрывы поспособствовали испарению огромных водных масс. Где было мало той воды, добавил потоп.

Затем холодные воды Антарктики буквально пронеслись по всей планете, разом сделав из той же Сахары регион с очень умеренным климатом.

Хотелось бы посмотреть на континенты и планету, но увы, сплошная облачность накрыла более 80% Земли. С космоса оценить это не удалось. На второй неделе глобального катаклизма ещё было что-то видно. На тот момент воды мирового океана не вернулись в исходные берега.

Американский экипаж космической станции пребывал в глубокой депрессии. Даже с их Драгонами, приземлявшимися на водную поверхность, опускаться некуда, да и спасать их некому. Из космоса казалось, что Америка вообще перестала существовать. Тишинин не был уверен, но высказал предположение, что и связь с наземными службами американские космонавты потеряли.

Эти двое не придумали ничего лучшего, как выйти в лёгких костюмах в открытый космос. К тому моменту станция, сделав два оборота вокруг Земли, потеряла из вида две маленькие точки космонавтов в скафандрах.

Наши космонавты продержались два месяца, когда командира переклинило. Плесецк их слышал и даже отвечал, но принять не мог. Изначально службы Плесецка запускали военные спутники и МКС ничем помочь не могли. Стратегический объект в Плесецке почти сразу подвергся бомбардировке. Система убежищ там обширная, так что спасшихся хватало. Зато вокруг в буквальном смысле эпицентр ядерного взрыва. Выбраться наружу, даже если бы Тишинин сумел приземлиться, чтобы помочь приземлившемуся космонавту, в Плесецке не смогли.

Командир Тишинина не выдержал и последовал примеру американцев. Со словами: «Тебе больше припасов достанется», ушёл в открытый космос.

Алексей Тишинин везунчик во всех смыслах этого слова. Два часа после приземления в радиоактивном районе — это почти ни о чём. Уровень радиации там не превышал полутора зиверт. Всё самое радиоактивное смыло волной. Что-то приносило ветрами, но космонавт даже с поверхностью толком не соприкасался. Его извлекли, погрузили на бульдозер и привезли в убежище. В отличие от парней, проживших более трёх месяцев в том районе, он находился в более выгодном положении.