По словам Сашки, Илья всё же ушёл спать к середине ночи. Устал он после такого сложного подъёма. Записи с камер не прерывали, но ночью они добросовестно транслировали абсолютную темень. Ни одного отблеска света. Днём был тот же унылый пейзаж. Разе что ветер усилился.
— Не сдует ли камеры? — обеспокоился я, слыша приглушённое завывание ветра.
— Далеко не унесёт, — оптимистично пообещал Илья. — Она на кабеле. Паршиво, что этот ветер вносит помехи в радиосигнал.
— Радиация уже два зиверта, — заметил я.
— Оно и понятно, что ветром приносит всякую дрянь, — кивнул Илья.
Отвлекать его от работы я не стал. У меня своих дел предостаточно. Итак, считай, весь предыдущий день в дежурке просидел. А у нас там всякое разное цвести начало. Марк Игоревич переживал, хватит ли пчёлам питания?
Прервал мою работу срочный вызов от Сашки по рации. Я помчался обратно с минус седьмого этажа с самыми нехорошими предчувствиями. Мало ли что там ещё могло случиться? Примчался в диспетчерскую и поймал на себе недоуменные взгляды молодых Сашкиных помощников.
— Вас в дежурку вызвали, — сообщили ребята.
В дежурку я заходил уже немного успокоившийся. Насочинял себе невесть что. Наверняка какие-то интересные новости появились. Потому меня и позвали.
Довольные улыбки парней подверждали мои догадки.
— Смотри, — включили мне запись.
Вначале там долго что-то рябило. Потом хрипело, а на горизонтальных полосах изображения начало что-то проступать.
—…хррр… космонавт… Алексей Тишинин снова на связи с теми, кто выжил… хррр… ш-ш-ш… международной космической станции…
Илья поставил на паузу.
— Короче, рассказываю, чтобы ты не напрягался. Удалось не только поймать сигнал. Скоро всем объявим. Мы реально смогли связаться с МКС!
Глава 14
Наша радость в связи с тем, что мы связались с космонавтом, была понятна. А у него дела обстояли не так хорошо, как виделось с Земли. Пусть космонавты на МКС безопасно пересидели глобальный ядерный конфликт, но возвращаться им некуда. Станция без коррекции орбиты медленно снижается и спустя какое-то время рухнет на землю. Высоту в четыреста километров (или около того) поддерживали грузовые корабли за счёт своего топлива, а команды давали из центра управления. Ни того, ни другого, похоже, уже нет. Вроде есть неустойчивая связь с Плесецком, но и там ничем не могут помочь.
В среднем космическая станция опускается где-то на сто метров в сутки. Не так-то и быстро, если подумать. До того момента, как она приблизится к отметке ста километров и начнет гореть в атмосфере, пройдёт прилично времени. Но гораздо раньше закончатся запасы всего необходимого для жизни человека.