— Нет, нам нужен конкретный человек, а именно Алексей Николаевич Крылов. Мы хотим привлечь его к очень интересному проекту по созданию глубоководного аппарата, способного погружаться на тысячу, а может, и на две тысячи метров под воду.

— Это что же вы такое задумали, братья Горские? — вновь удивился Томских с добродушной улыбкой.

— Обязательно вам расскажем, Андрей Михайлович. Не гоните лошадей.

— Так что, поможете нам выйти на Крылова? — спросил я.

— Ну, куда ж от вас деваться! — развел руками Томских.

Август 1900 года выдался на удивление тёплым. Мы с Никитой стояли у входа в Морское техническое училище, дожидаясь встречи. Глядя на массивный корпус с колоннами и строгими карнизами, я ловил себя на вопросе: что выйдет с Крыловым?

Встречу сумел устроить Андрей Михайлович Томский. Имя молодого профессора уже в это время гремело в ученом сообществе: его работы в области корабельной механики и устойчивости судов произвели настоящий фурор. Секретарь провела нас в кабинет. Мы увидели невысокого худощавого мужчину с цепким взглядом и аккуратными усами, Алексея Николаевича Крылова.

— Господа, я слушаю вас! — произнёс он, поднимаясь из-за стола.

Я перехватил инициативу: — Профессор Крылов, для нас честь познакомиться, мы знакомы с вашими работами и высоко их оценили.

Алексей Николаевич едва заметно улыбнулся, однако в глазах оставалась сосредоточенность.

— Давайте без церемоний молодые люди! Что привело вас ко мне?

— Мы работаем над проектом создания… — я запнулся и поправился, — над созданием уникального подводного аппарата.

— Подводного? И что же в нём особенного?

Никита выложил на стол приготовленные чертежи.

— Мы планируем создать устройство, способное погружаться на доселе невиданную глубину, — сказал он. — Цель — исследовательская. Затонувшие суда, возможно, и древние города, ушедшие под воду.

Лицо Крылова оставалось непроницаемым, но я заметил, как едва дрогнули его пальцы, когда он взял наши листы. Он долго всматривался в наброски, шепча что-то себе под нос.

— И вы пришли с этим ко мне?

— Именно так. Нужен человек, который поможет воплотить идею в реальность.

Крылов аккуратно сложил чертежи: — Признаюсь, замысел впечатляет своей смелостью. Но почему я?

— Ваши исследования по устойчивости судов и теории кораблестроения говорят сами за себя! — ответил за меня Никита. — Мы уверены, что вы сумеете создать надёжную конструкцию.

Профессор прошёлся по кабинету, остановился у окна, затем снова повернулся к нам.

— Вы отдаёте себе отчёт, какие ресурсы потребуются? Исследования, расчёты, опытные образцы, стенды для испытаний… От этих схем на бумаге придётся переходить к железу. Это не неделя и не две, а возможно и годы работы.