Глава 1 * * *
…Задачка была из серии «на засыпку». То, что Пётр Алексеич пожелает переманить к себе на службу некоторое количество шведов — отменных солдат и офицеров — это было очевидно. Но почему он так настаивал, чтобы Катя потратила время на короля? Вот уж кто точно не будет по собственной воле действовать в интересах России, так это Карл Двенадцатый.
Хотя, всегда оставался вариант, что действовать он будет под контролем Петра, и тогда уже несколько иная картина получится. Если так, то стоит на пару часов забыть о ноющих заживающих ранах, и дохромать — с тростью — до апартаментов пленного короля. Пока армия квартировала в Киеве, готовясь к маршу домой, в Москву, Пётр Алексеич разместил «брата Каролуса» в походном лагере за городом, в добротной офицерской палатке, выделенной от своих щедрот: шведская королевская была давно свёрнута и отправлена в обоз. Как-никак, знатный трофей, будет что показывать гостям. Именно туда, в самую середину армейского лагеря, Катя и держала путь.
Для караула у неё было письмо от государя — с допуском к пленному. И, хотя офицеры давно знали её в лицо, пропустить просто так не имени права, давай им бумагу. Молодцы, дисциплину Пётр Алексеевич хорошо подтянул, хотя бы в гвардии. Того бардака, который «немезидовцы» наблюдали в 1700 и 1701 годах, нет даже в гарнизонных полках, всё строго. И проводить госпожу поручика егерской роты к королю Карлу взялся сам начальник караула — тоже поручик, только фузилерной роты. Та ещё китайская церемония: тут всего-то пять шагов сделать. Однако Катя не стала возражать против такого эскорта — порядок есть порядок — и, тяжеловато опираясь на трость, проковыляла за ним.
— Благодарю, поручик, — она ответила офицеру учтивым кивком, как собрату по оружию. — Оставьте нас с его величеством одних, побеседуем.
Король встретил гостей полусидя-полулёжа на кушетке, застеленной плащом. Его левая нога всё ещё была в повязках, хотя сразу две толстые трости у его ложа говорили о том, что король всё-таки время от времени поднимается на ноги. Офицер, окинув шведа слегка сочувствующим взглядом, удалился за пределы палатки.
Реакция же Карла Карловича была бесценна. Узрев солдат-девицу в егерском мундире, опиравшуюся на изящно украшенную трость и стоявшую малость скособочившись, он изобразил ироничную усмешечку.
— Вижу, вам досталось, — сказал он, надменно вскинув голову — насколько это позволяла обстановка.
— Всем досталось, — Катя как обычно в разговоре с ним не особенно чинилась. — Хорошая вышла драка.
— Я был бы не прочь повторить сей опыт, едва смогу встать на ноги.