Ускорение она использовала постоянно, стараясь хоть немного разорвать дистанцию, но убежать, никак не получалось. Враги не позволят ей спрятаться, а если она и сможет, то быстро найдут, как уже сделали.
«Что мне делать⁈» — паникующе думала терийка.
Убежать никак не получается, а на зов о помощи никто не отвечает. Спасти её может только эта Гвен, но она вряд ли станет помогать.
На пути замаячил знакомый парк, и девушка сначала обрадовалась, но затем резко осознала страшную истину.
«Господин Ор сейчас не может сражаться, и если я приведу врагов к нему, то он может погибнуть».
Эта мысль напугала её еще сильнее, и на мгновение ошеломило своей жуткостью. Господин Ор спас её, рисковал своей жизнью ради нее, а затем и дал хоть какую-то цель и смысл существовать, а потому…
«Прощайте…»
Резко свернув за угол, девушка побежала в другую сторону, уводя врагов от парка как можно дальше.
«Плевать, что будет со мной. Но к нему я врагов не приведу!»
Да, пора отдавать долг.
«Я сама виновата, а значит, мне и платить за свои ошибки».
Кислота лишать мелкими брызгами в спину расплавляя кожу, волосы и одежду, она жгла и причиняла сильную боль, но Мерли сдерживалась и продолжала бежать. Если и умирать, то, как можно дальше от этого места, чтобы не нашли.
— Кха-а-а! — резко вскрикнула зверолюдка когда лодыжку обожгло резкой и очень сильной болью.
Не в силах держаться на ногах она упала на землю и в следующий миг тяжелые туши пауков накинулись сверху.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — закричала она от боли.
Острые лапы воткнулись ей в спину и пригвоздили к земле.
В глаза все побелело, и вампирша едва не потеряла сознание от агонии, что завладела её разумом и телом. Разум помутился, и она едва не потеряла сознание, но новая вспышка боли не позволила ей уйти в спасительное небытие.
— Ха-ха-ха, как сладко кричит, — раздался над головой голос.
Сильная рука схватила её за волосы и подняла над землей.
Мерли пытаясь как-то вырваться, хоть что-то сделать, но хватка у арахноса слишком сильна. Он поднял девушку перед собой и довольно усмехнулся.
— Кричи, дрянь, кричи, нам нравятся чужие страдания, — смеялся арахнид. — Ты тут явно не одна. Такие как ты одни быть не могут. Скажешь где твои хозяева, и умрешь быстро.
— Да… пошел ты… — с трудом произнесла терийка.
— НЕПРАВИЛЬНО! — закричал он и в следующий миг плюнул ей в лицо кислотой.
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — душераздирающий вопль вырвался из её рта когда щеки просто начали плавиться от особо мощного разъедающего вещества. Будь она живой, то уже бы умерла от болевого шока, но такого у вампира быть не может, даже такого слабого и ничтожного.