Слопав всё, что было, до последней крошки, я вернулась в кабинет, где ворона и гримуар что-то вполголоса обсуждали.
— Приступим, — воскликнула, напугав двух заговорщиц, — тысяча девятьсот восемьдесят шестая страница.
— Готово, — отрапортовала книга, открывшись в нужном месте.
— Отлично, вот смотри, чтобы снять браслет, нужна кровь, сила и добровольная жертва, — прочитала, водя пальцем по неровным строчкам, — сила есть, кровь — раздобудем, кто будет жертвой? Меня нельзя, сразу предупреждаю.
— Меня тоже, я должна за тобой присматривать, — тут же отреагировала Роза.
— А во мне знания, — пропыхтел гримуар, — они хранятся для поколений.
— Так и знала, — фыркнула, насмешливо взглянув на двух своих подружек, — ладно, пожертвую свою прядь волос.
— Это не жертва, — возразила книга.
— С чего это? Это мои волосы, мне их жалко, но я жертвую.
— Не по правилам, — продолжила бурчать книга, Роза с удивлением переводила взор то на меня, то на гримуарчик, но не вмешивалась.
— Где написаны эти правила? А? — хмыкнула, мысленно потирая ручки, — нет точных данных в твоей книге, там так и было написано: «часть себя принести добровольной жертвой».
— Так про душу же, — сердито прохрипела книга, обиженно захлопнув обложку.
— Где написано про душу? Часть себя, прядь волос — часть меня? — спросила, но гримуар надулся и молчал, — Роза?
— Часть, — потрясённо подтвердила ворона.
— Я эту часть добровольно жертвую, — подытожила, поднимаясь, — всё, пошла экспериментировать, Роза, ты можешь подглядывать.
— Вот ещё, — фыркнула ворона, но я точно знала, что стоит мне покинуть дом, как она тут же рванёт вдогонку.
— Ничего у тебя не выйдет, — крикнул вслед гримуар.
— Не каркай, не ворона, — бросила в ответ.
Глава 8
Приближаясь с каждым шагом к дому Агги, меня окутывало странное волнение, предвкушение чего-то прекрасного и одновременно жуткого.
И было откровенно боязно идти туда, начать использовать Силу, а если не выйдет? И малышка погибнет? Но выбора, к сожалению, нет… переступая порог комнаты, несколько раз моргнула, вглядываясь, на окнах плотные шторы были задёрнуты, и помещение находилось в полумраке.
— Селин? — удивленно прошептала Самия, украдкой стерев со щеки слезу, — сегодня я дежурю… Знаешь, ей утром было лучше, но час назад стала хрипеть.
— Самия… я должна кое-что сделать, и ты мне можешь помочь, — осторожно начала говорить, одновременно осматриваясь, — только прошу оставить всё, что сейчас произойдёт, втайне, и я должна предупредить, что не уверена в том, что у меня получится.
— Селин, о чём ты? — с недоумением взглянув на меня, пробормотала ведьмочка, меняя влажную тряпицу на лбу у Агги. Малышка была неестественно бледна, над верхней губой собрались капельки пота, а из груди доносился свист, будто ребёнку что-то мешало дышать. Такая крохотная, с тёмными кругами под глазами, на огромной кровати.