— Ну вот, поживем немного, как самые простые смертные, — сыронизировал Химик, — Кстати, дедок твой действительно в хорошей форме для его возраста. По крайней мере, мне никаких следов тяжелых заболеваний обнаружить не удалось. Хотя, конечно, я и не человек-томограф.
— И какой у нас план? — поинтересовался я.
— Думаю, что ты прав, и этот странный «сын коллеги» действительно как-то связан с неофициальной частью выставки. А значит, есть смысл выйти на него через твоего знакомого.
— Как?
— Попробуем устроить вам завтра встречу. Конечно, вряд ли он опять пойдет в музей, так что, скорее всего, тебе придется связаться с ним самому. Скажешь, что сходил на пару собеседований, но так ничего и не подыскал. Спросишь, не сможет ли он помочь с работой.
— Вот так запросто? — вариант, озвученный Сиреной, выглядел притянутым за уши.
— Ты его спас, вообще-то. А он — человек старой закалки и должен ценить такие поступки.
— Логично, — вынужден был признать я, — Только откуда у меня его номер?
— Из ректората, разумеется, — фыркнула девушка, — Уборщик, не тупи!
— Это все от голода! Сейчас я поем, и снова стану добрый и жутко сообразительный.
Как оказалось, Неудачники поселились в небольшой гостинице неподалеку от Музея. Ценник в ней был заметно выше среднего по городу, но зато и свободных номеров оказалось достаточно, чтобы расселить пятерых лоботрясов. Мне досталась сомнительная честь разделить номер с Физиком, тогда как Химик жил отдельно.
Не доверяют мне супермутанты. Впрочем, сам виноват — нужно было следить за языком.
Похоже, единственное, чего не хватало Вселенной для восстановления равновесия между Добром и Отъявленным Суперзлом, это одного сытого и довольного Уборщика.
Как только я «приговорил» последний чискейк, в кармане у меня завибрировало.
Номер оказался незнакомым.
— Да?
— Бонифаций Петрович?
— Он самый, с кем имею честь? — разумеется, я сразу же узнал голос, но решил играть роль человека, у которого в день десятки звонков от десятков людей.
— Это Анатолий Григорьевич, мы с вами сегодня виделись в музее…
— Друг Рашида Гасановича и организатор выставки?
— Именно. Послушайте, Бонифаций Петрович. Я человек деловой, так что не стану ходить вокруг да около, и спрошу вас прямо: вы все еще ищете работу?
Я выдержал паузу, тяжело вздохнул и неохотно признался:
— К сожалению, да.
Разумеется, при этом мой внутренний ликующий Уборщик уже крутился в нижнем брейке.
— Предлагаю завтра встретиться в музее и обсудить вопрос возможного сотрудничества…
— Эм-м-м? Кстати, а откуда у вас мой номер?
Если скажет, что взял его в ректорате, то это будет ну о-о-очень интересно.