— Мерзость, правда? — появился рядом со мною Мерцающий, он же Виталик.
Обычно у арены, где стояли мы с Драконычем, было довольно людно, но для моего будущего противника плотная толпа людей не была помехой: он просто прошел сквозь них и встал рядом с нами.
Я машинально активировал таймер, чтобы отметить тот момент, когда Виталик снова активирует свою нематериальность.
Интересно, а у его шкалы суперспособности есть какие-то ограничения или правила подзарядки? Допустим, использовать свое умение он может не дольше 2 минут или не чаще 10 раз в день? Или в час? Это была бы очень полезная информация!
— Да, тупое мочилово, — подтвердил я, — Словно два алкаша в переулке.
— Ну, ничего, сейчас мы им покажем настоящий красивый бой. Ведь покажем?
Его рука несильно сдавило мое предплечье, и я утвердительно кивнул: покажем.
Ведущий закончил издеваться над «необычной техникой» и «удивительным мастерством боя» предыдущих соперников, и начал готовить публику к следующему бою.
Нашему.
— Ребята, вам пора. И пусть победит сильнейший, — напутствовал нас Драконыч, пожимая на прощание руки.
Угу. Каждому из нас приказано убить своего соперника и обещано три четверти миллиона призовых на руки плюс другие бонусы. И все это — за десять-пятнадцать минут на Арене.
Мы разошлись — каждый к своему входу на Арену. И вот, сменилась музыка, и рефери объявил о поединке между Мерцающим и Уборщиком.
Наш выход.
Прозрачная часть купола размером с двери бесшумно скользнула вверх, открывая проход на Арену Смерти. На полу-экране было все то же изображение песка, только теперь стоптанного десятками ног и покрытого пятнами подсыхающей крови. Но все это исчезало на глазах, и к песчаной поверхности ринга возвращалась девственная чистота и аккуратность.
— … У-уборщик! — назвал мое прозвище конферансье, и я въехал на Арену.
Именно въехал, словно в детстве — когда разгоняешься и скользишь по раскатанному сотнями ног зеркальному льду. Только моей «ледяной дорожкой» была мыльная пена пониженной вязкости. Если честно, то этот трюк я подсмотрел у Ледяного Рыцаря, который действительно замораживал себе специально для этого целую полоску пола.
— И его соперник… Мер-р-рцающий!
Интересно, а если появится гладиатор, в имени которого нет тянущихся гласных и рокочущих согласных, что он делать будет?
Хм. А такие имена вообще существуют?
Йорш…. Нет, и тянется и рычится.
Кнукс. Конечно, слова такого нет, но уже и не порастягиваешь так свободно…
Мои размышления были прерваны выходом Виталика на Арену. Который, особо не заморачиваясь, просто прошел сквозь прозрачный купол, словно того и не существовало.