придётся вас выручать из ловушки, которую вы сами себе устроили. Имея это в виду, я готов поделиться с вами информацией, совершенно безразличной для СССР и жизненно важной для Великобритании. — Вы, русские, никогда не перестанете меня удивлять, — в смешавшихся чувствах, после довольно долгого молчания, проговорил англичанин. Ещё бы, не было ни гроша, а тут алтын! — И что вы за это хотите? — Раз вы в курсе моего финансового положения, то должны понимать, что деньги меня не интересуют. Хотя, пожалуй, я бы вложился в некоторые ваши проекты с перспективой лицензионного выпуска готовой продукции в СССР. Но на первый раз, чтобы оценить вашу платёжеспособность и стремление к обоюдовыгодному сотрудничеству, оставлю вопрос вознаграждения на вашей совести. Вы сами определите, насколько важна для вас информация. Готовы? — Отказываться было бы неразумно, я весь внимание. — Япония не строила и не строит в соответствии с последним Вашингтонским соглашением лёгких крейсеров. Все их крейсера — тяжёлые. Конструкция изначально рассчитана, чтобы в кратчайшие сроки в угрожаемый период заменить шестидюймовые орудия на заранее подготовленные восьмидюймовые. — Это точно? — Вы вольны проверить по своим каналам. — Что ж. Это, конечно, важная для нас информация, — с каким-то сомнением проговорил британец, а потом, решившись, заявил. — Готов расплатиться той же монетой немедленно. Если вы нам готовы оказывать содействие по отношению к японцам, то и Великобритания не останется в долгу по отношению к ним же. Командарм Рокоссовский, командующий русскими войсками на Дальнем Востоке, считает себя обойдённым и, мягко говоря, не слишком лоялен правительству большевиков. В ответ я демонстративно рассмеялся, заявив: — Примерно этого я от вас и ожидал. Связался чёрт с младенцем! Во-первых, почему вы решили, что мне интересен какой-то Рокоссовский? Какой мне с него прок? А во вторых, не стоило впаривать мне откровенную дезу! Сожалею, но вы продемонстрировали полнейшую недоговороспособность. Посему, моё предложение аннулируется. Прощайте! Я решительно зашагал по направлению к машине, не оборачиваясь на призывы англичанина остановиться. Уж если играть на повышение, то до самого конца. Услышав за спиной частый топот, я про себя торжествующе усмехнулся. Всё-таки заставил я тебя за мной побегать, сэр с плесенью! Дождавшись, когда меня прихватят за плечо чтобы остановить, я ладонью свободной руки зафиксировал на себе пальцы наглеца и, толкнувшись от земли, сделал мощное, с подворотом, движение корпусом,