по счёту, первую с двумя дочерьми брать с собой он не собирался. Иван Кузьмич никогда не афишировал свои личные дела и то, что он недавно успел развестись и вновь жениться, даже для меня стало сюрпризом. Но на этом неожиданности не закончились. — Семён, Полина, познакомьтесь, это моя жена Роза, прошу любить и жаловать. Кстати, должен тебя, Семён, за своё счастье поблагодарить. Это за разговором о тебе мы поняли, что созданы друг для друга. — Да мы уж, вроде, как знакомы, — с трудом удержался я от рефлекторного жеста и не сдвинул фуражку на затылок, хотя рука и потянулась было вверх. — Работали вместе на ЗИЛе. — Ну конечно! Как дела, Семён? — улыбнулась мне открыто и от души, можно сказать, торжествующе, Роза, прежде носившая фамилию Блиндер. Прошедшие годы её ничуть не испортили и даже то, что её прежняя худоба исчезла, пошло ей только на пользу. Талия так и осталась осиной, а объёмы добавились именно там, где и нужно. Немудрено, что Кожанов потерял голову от этой белокожей кареглазой красавицы с вьющимися волосами цвета воронова крыла. — Больше никаких дел! Только приключения! Для начала нам нужно будет уйти от погони, вернее, облавы, которую нам устроят, думаю, не ранее завтрашнего утра. — Как романтично! — первой отозвалась Роза. — Опять что-то натворил?! — хором спросили Полина и Кожанов. — Потом расскажу, ты палатку взял? — Две… — Вот и ладненько, в города и сёла заходить не будем. А первую ночь нам лучше бы провести на ходу. Иначе меня могут лишить законного отдыха и вызвать в наркомат. — Если нам грозит только это, то, лейтенант, — обернулся Кожанов в сторону мостика, — командуй отход, все на борту. Отвалив, мы за остаток дня поднялись по реке, пройдя под стенами Кремля, вышли в канал Москва-Волга и к заходу Солнца преодолели значительную его часть. И дети, и женщины были в полном восторге от того, как мощный катер несёт их по водным просторам навстречу ветру. Особенно внимательно приходилось смотреть за Петькой, который норовил, глядя на струящуюся вдоль бортов воду, перегнуться через ограждение и вывалиться за борт. У мужчин же были свои маленькие радости. Десяток литров свежего пива надо было употребить, пока не пропало, чем мы с бывшим наркомом, растягивая удовольствие, всё это время и занимались, сидя под натянутым на носу перед ходовой рубкой тентом, тихо разговаривая о том, о сём. — Ну и дурак же ты… — оценил мои действия Кожанов после того, как я рассказал ему историю с британцем. — Зачем так поступать? Я что, не подождал бы день-два, пока