и на свой собственный страх и риск, без каких либо вознаграждений и гарантий, как частные лица, которым Советское правительство не может отказать в праве ехать на войну. Кроме реализации своих убеждений это был ещё и способ увильнуть от курсов переподготовки и получить в дальнейшем, как участнику боевых действий, преференции в продвижении по службе, поэтому желающих повоевать хватало с избытком. К тому же, как и у нас во времена Гражданской, карьеру в ИКА решительный человек мог сделать просто головокружительную. Например, старлей Родимцев за год стал командиром дивизии. Если учесть, что испанские дивизии состояли из бригад, а не из полков, то по нашим стандартам её можно считать корпусом. Подавляющее большинство лётного состава немногочисленных ВВС ИКА, равно как и танкистов в единственной бригаде, которую принял под своё начало Бойко, были русскими. Немало было и артиллеристов, пехотинцев, сапёров. При этом в ИКА был установлен железный "революционный" порядок, выгодно отличавший её от рыхлой республиканской армии. Сознательный отказ от вольностей, обыденных в республиканской зоне и с пониманием принятых людьми, побывавшими под властью Франко, немедленно сказался на положении на фронте. Отбив в кампанию 1937 года наступление националистов на Кадис, ИКА нанесла ряд коротких контрударов, объединив плацдармы и расширив свою территорию до владений португальского диктатора Салазара, который немедленно вмешался, фактически начав против красных необъявленную войну, которую республиканское правительство предпочло не заметить, после чего фронт на юге стабилизировался. Потерпев поражение, Франко, не без умысла, очистил коридор, который в начале года пробил к Средиземному морю восточнее Малаги, дав коммунистам и республиканцам соединиться. Расчёт оказался верным, стычки его противников не переросли в настоящую войну только благодаря СССР, зависимость от которого для республиканцев была критической. Пока они между собой разбирались, диктатор перебросил высвободившиеся силы на север и поочерёдно разгромил оставшиеся без снабжения и помощи разрозненные анклавы республиканцев, заняв всё побережье Бискайского залива. К концу 1937 года каждый из противников занимал свою территорию, очистив тылы и сократив, насколько возможно, линию фронта. Националисты контролировали центр и север, коммунисты юг, а республиканцы восток Пиренейского полуострова. Установилось равновесие, поколебать которое, по разным причинам, не мог ни один из соперников. Франкисты располагали