Бог с ними, чем больше расстреляют, тем быстрее армия на нормальную армию похожа станет. Ещё бы заград-отряд пригнал с пулемётами, чтобы гнать 168-ю дивизию вперёд. Ведь в это время на линии Маннергейма другие идиоты командиры в лобовые атаки ведут и губят красноармейцев десятками тысяч. И это не гипербола. Именно десятками тысяч сейчас под Выборгом люди гибнут. В СССР тысячи дальнобойных орудий, миллионы снарядов. Дорогие игрушки. А бабы ещё нарожают.

Так, бог с ними. Светлов на все входы к десятку палаток и трём блиндажам привязал гранаты Ф-1. Пойдёт кто до ветру и проветрит мозги. Услышат кукушата взрыв и ломанутся из палаток. И … Как сказал Петруха в Белом Солнце: «Как долбанёт»? Как-то так. А вот, что товарищ Сухов ответил, Брехт помнил: «Это точно».

Разведчики привезли на лыжах пленного и в дивизии услышали имя финского командира, руководившего окружением Питкяранты — майор Аарнио Матти Армас «Мотти-Матти» (мастер котлов Матти), командир 4-го егерского батальона. Мастер котлов, значит?! Ну, ну. Там, где товарищ Матти учился, Светлов преподавал. А Брехт учебники писал. Надо сказать спасибо американскому Голливуду, каких только способов убить ближнего там не выдумали.

Из котла по «Дороге Жизни» прорвался первый грузовичёк и принёс новости и пару шедевров эпистолярного жанра.

Финские самолёты забрасывали лагерь 168-й дивизии листовками, в которых призывали рядовых красноармейцев сдаваться, а принесённое с собой оружие обменивать на деньги. Просто сногсшибательное предложение было танкистам: за танк предлагали 10.000 рублей. Бойцы, как уверял доставивший листовки лейтенант, конечно, смеялись над этими «творениями» финнов, но боевой дух в дивизии был на нуле.

Рычагов в паре со Скоробогатовым слетали на разведку. Финны посчитали себя бессмертными. По крайней мере, это выходило из того, что эти соколы в клюве после возвращения принесли. Они (финны) разбили лагерь буквально в сотне метров от позиции дивизии. Не всей, а той части, что вышла на дорогу из Питкяранты в сторону Сортавалы.

Товарищ окруженец, лейтенант который, почесал репу, когда ему Брехт задал простой вопрос «Когда?».

— Когда? Во сколько самолёт этот с листовками прилетает. И что за самолёт? — Брехт подозвал, стоявшего чуть поодаль, Рычагова, болтающего со Скоробогатовым, играли асы в воздушный бой на пальцах.

Чесал репу лейтенант, чесал и потом просиял. Дочесался, значит.

— Так, обедали мы! Выходит около двенадцати.

Брехт глянул на часы.

— Одиннадцать. Пал Василич, бери всех, кого унесёшь, и летите на юг. Самолёт не трогайте сразу. Пусть, если прилетит, то сбросит свои писульки, будет, с чем в туалет ребятам сбегать. А как улетать начнёт, так вы за ним на большой высоте прокрадитесь и аэродром уничтожьте. Переговори с Сашкой, он знает, как с зенитчиками бороться. Да и возьмите следующую партию наших листовок.