Посмотрел на свою напарницу и отметил, что на столе перед ней лежит два пульта, которыми она одновременно управляет.

— Один оставляю в резерве, — донёсся её голос. — Атакую с первого.

Как оказалось, она уже была над полем боя и тут же включилась в работу.

«Отличная идея. Тоже так сделаю», — сказал себе я.

Направил опустевший дрон на перезарядку к Кудрявцеву, а перед собой положил те же два пульта.

Чтобы не рисковать поднял в воздух дроны по одиночке. Вывел на заданную высоту и когда всё было готово одновременно нажал на стики на обеих пультах «вперёд». Конечно, управлять двумя одновременно была та ещё задача, но за последние недели навострился — руки уже сами знали что делать, а глаза — на какой экран смотреть и в какой момент.

Когда подлетел к горящей колонне, картина открылась довольно неожиданная.

Анна успела поработать основательно. Три грузовика из девяти были уничтожены — один почти сгорел дотла, а два других ещё дымили столбами чёрного дыма, которые было видно, наверное, километров за десять. Вдоль дороги лежали тела — у машин, в кювете, а кто-то прямо посреди дороги. Многие раненые и контуженные солдаты противника пытались уползти в кусты, волоча за собой кто ногу, кто руку.

Часть немцев разбежалась по полю. Они рассыпались в стороны и некоторые уже были далеко. Несколько человек залегли в ямах и под упавшими деревьями на опушке — лежала тихо, не двигались и надеясь слиться с землёй. Однако были и те, кто пытался сопротивляться неизбежному и стрелял вверх. Их было немного и палили они в небо довольно редко — то ли патроны кончались, то ли руки от страха перед местью с небес, уже не держали оружие.

— За лесополосой ещё человек двадцать, — сообщила Анна. — Уходят полем.

— Вижу. Добивай своим, а я займусь теми, кто под грузовики залез…

Сорок минут мы их там колошматили. Работали методично, без спешки, без лишних эмоций — просто монотонная, неприятная работа. Несколько раз возвращались к вагонам на перезарядку. Кудрявцев и Лазутин не успевали отдышаться — только повесят боеприпас, Анна уже следующий дрон подводит.

К концу часа от немецкой колонны осталось немного: горящие остовы грузовиков, разбросанное по дороге снаряжение, валяющееся оружие и множество извергнутых в ад тел.

Выдохнул и потёр глаза.

— Всё, — сказал я Анне. — Считай, отработали. Я одним дроном поищу остатки, а ты давай начинай снова гонять боеприпас от вагонов к бункеру.

— Поняла, — кротко ответила девушка и тут же переключилась на выполнение поставленной задачи.

Однако она даже одного рейса сделать не успела.