— И не буду. Вижу, что понял. Просто взгляни на ситуацию в свете новых событий. Наш род верой и правдой служил этому старому седому хуесосу, и что? Когда пришёл конец его вольным дням, о нас никто даже не подумал. Всё, забыты все заслуги, мы сами по себе. Как хотим, так и выкручиваемся. А это при условии, что мы всегда были лояльны короне и всячески это показывали.

— Ты знаешь, почему он не может нам помочь.

— И от этого нам станет легче? — усмехнулся он. — Отец этого не понимает, но ты-то мыслишь иначе. Пусть тупой, но понимаешь всё лучше отца. Какой толк в защите того, кто не может защитить тебя? Ну сейчас мы вытащим, рискуя собой, всё на своём горбу, а дальше? А если история повторится, то что? Опять тащить всё на своём горбу потому, что у старика будут связаны руки?

— Это измена.

— Это переворот, а не измена. Во-первых. А во-вторых, только не делай вида, что об этом не думал.

— Отец не оценит, — нахмурился я.

— Да как и все старики, но где отец и где мы? Когда он вернётся, никто уже не будет спрашивать его мнения. Он вообще будет не у дел. Пусть дальше правит своим родом, а мы будем там, у трона.

— Мы должны…

— Придерживаться плана? Ну вот ты сейчас видишь, что нам никто не протянул руки помощи. Какой тогда смысл защищать бесполезный мешок костей?

— Ты это задумал задолго до того, как мы сюда приехали, признайся, — нахмурился я.

— Ну… допустим, я думал об этом, но не видел возможности, а потому не рассматривал как реальный план, — признался он. — Но сейчас у нас всё изменилось. У нас есть принцесса, у нас есть ты, тот, кто ей нравится, у нас есть деньги.

— И?

— И? Ты женишься на ней. Станешь частью семьи и, когда с сыновьями что-то произойдёт, станешь королём.

— А тебе нахрен это? Ты же не будешь у трона, если я женюсь, — прищурился я.

— Кто-то должен будет тебя направлять, брат, — улыбнулся он. — Ты туп в политике и интригах, и тебе нужен будет верный советник, что решит всё за тебя.

— В том числе и править будет за меня.

— Ну чего ты сразу, — отмахнулся он. — Я лишь буду подсказывать тебе, как стоит и не стоит делать. Считай, личный советник.

Или серый кардинал, как таких называли в одном мире. Им не важно показывать власть, им важно этой властью обладать, даже если они всю оставшуюся жизнь будут в тени.

— Тухло пахнет.

— Власть не пахнет, брат. По правде говоря, я бы и сам попробовал подойти к Исциниэнте, но недавно мне Амелия нашептала, что та хорошо к тебе относится и дышит не так уж и ровно, когда ты рядом. А значит, и шансов у тебя разыграть «похищенную и влюблённую» больше, как и подтолкнуть её на нашу сторону, — его губы растянулись в хитрожопой улыбке.