Шардон: Кто именно убил вышибалу? Лин? Таркад? Соколиный Глаз? Карим-Хан? С кого требовать компенсацию?

Рианна: Таркад, прямо у меня на глазах. А тот одноглазый нарисовал у Ловкача мишень на спине и ножи в него кидал…

Рианна: Стоп. А ты где вообще? Ты с кем⁈

Рианна: Шардон⁈

Сумракс: Шардон, эй, ты там жив?

Шардон: Пока что да.

Шардон покидает чат.

Рубака-Парень: Кажется, там наших бьют, а?

Фенеамин: Рубака-парень, говорит, что они там просто пьют.

Зеленкин:Все кто онлайн — срочно дуйте в трактир, спасать нашего бородатого бота!

* * *

— Перерывчик небольшой! — возвестил Шардон, снова приходя в себя.

— Верно, вот это я понимаю — мужик! — Лин отпустил его руку и ободряюще хлопнул по плечу, — Давай, садись к нам, уважь корешей.

Подключение дополнительного словаря «воровской жаргон».

Приоритет: высокий.

— После первой — не закусывают, — трактирщик отодвинул в сторону тарелку с кашей и осушил вторую кружку.

— Во мочит бот, а? — второй игрок в этой шайке, которого звали Таркад, сбросил сидящую у него на коленях девушку и пересел за стол, где пристроился Шардон.

— В натуре, — согласился тот, — Хорошо сидим.

— Только скучно.

— Сейчас все будет в лучшем виде, зуб даю, — заверил бессмертного трактирщик.

Шардон Иннокентий, Инфантина: Десять кружек Пенного нам в игорный зал. Быстро!

— Эй, так что ты говорил насчет гибели того гнома? — обратился он к орку, который уверял, что находился рядом с покойным Саграем в момент его убийства.

— Ты чего, батя, нормально же сидели, а? — начал, было, возмущаться Таркад, но отвлекся на официантку, которая принесла поднос с прохладными кружками, украшенными белоснежными шапками пены.

— Смотри. Допустим, это дорога…

Шардон макнул руку в чашку с соусом и провел по столу, оставляя на нем жирный извилистый след, а потом начал раскладывать «на дороге» куски хлеба:

— Вот это — ведущая повозка, а вот тут, во второй, сидел Саграй.

— Ты меня уважаешь? — Лин навалился на трактирщика, протягивая ему третью кружку.

— Третью пьем — за любовь, — отозвался тот, сверяясь с загруженным только что сборником тостов, — Побежали? То есть, поехали?

— В натуре! — согласился бессмертный и поманил пальцем одну из девушек, — Иди-ка сюда, будем на бутербро… бундеста… на брудершафт пить!

Громыхнуло.

Присутствующие вздрогнули и умолкли, даже включая увлеченных картежников, которые о чем-то только что горячо спорили.

Шардон же, словно ни в чем не бывало, сгреб черепки разбитой им кружки и принялся раскладывать их на столе, пока система не удалила осколки, очищая память.

— Вот тут — стража, а тут — позиция нападающих. Верно? Покажи, что помнишь… — продолжая он расспрашивать свидетеля.