— Как думаешь, тут лучше повесить картину, гобелен или зеркало? — раздался вдруг голос Шардона в другом конце зала.

Девушка обернулась.

Трактирщик шагах в двадцати от нее и очень внимательно рассматривал… пустую стену!

— Нолики и единички, — вздохнув, ответила она.

— Что-что?

— Я говорю, что зеркала нельзя вешать в игорном зале — чтобы игроки не подсматривали карты соперника в отражении.

— Звучит разумно. Твой острый ум разит точно в цель, подобно клинку искусного фехтовальщика!

— Угу. Так что насчет работы?

— Две сотни монет в день. И еще десять за каждого привлеченного тобой игрока, — он ненадолго задумался, — не считая членов Детей Корвина.

— Нет.

— Нет? Никто не получает столько из моих работников!

— Я отказываюсь от жалования.

— Что?

— Полтора процента от прибыли игорного зала. Включая продажу напитков и чаевые официанток и танцовщиц.

— Каких еще танцовщиц?

— Тех, что я найму для тебя. И музыкантов.

— Зачем?

— Ты что-нибудь знаешь о кабаре? Или стриптиз-клубах?

Поиск информации по запросу «кабаре», «стриптиз-клуб»: завершено.

— И что — разве это кому-то нравится?

Рианна посмотрела на него с недоумением, презрением и… даже с брезгливостью! Впрочем, оценить гамму и богатство продемонстрированных ею эмоций трактирщик все равно не смог бы.

— Понятно, — процедила она сквозь зубы, — Поверь, нормальным мужчинам очень даже нравится. И это приносит хорошие деньги.

Поиск информации по запросу «самый дорогой стриптиз-клуб»: завершено.

— Один процент! — заявил он, изучив найденные материалы, — А еще нам нужна сцена побольше, ведущий с громким голосом и хорошие музыканты. И много этих странных крохотных нарядов на выступающие места.

Уладив вопросы с трудоустройством девушки и обсудив с ней дальнейшие планы по развитию «танцевальной программы для настоящих мужчин», Шардон отпустил Рианну и занялся тем, что у него получалось лучше всего.

Аналитикой и планированием.

Для начала он изучил местный аукцион по позициям гончарных изделий. Практически пусто — всего с десяток лотов от бессмертных, которые продавали бесполезный лут из монстров, вроде глиняных мисок да кружек. И одна ваза с душистым маслом, полученная в каком-то подземельи.

Самой глины трех разных типов продавалось тоже немного, и все лоты были от одного и того же человека. Наверное, это кто-то из учеников мастера Жуженя, идущего по пути гончарного ремесла, распродавал излишки сырья.

Судя по дате на лотах, любителей пачкаться в глине и загорать у печи для обжига в Заповеднике Кхара не было совсем.

Тем лучше!

Шардон > Жужень: Что у тебя есть из дешевого, что ты можешь делать быстро?