Яков остановился, посмотрел на Марка и некоторое время рассматривал. Без злости, просто прикидывая, стоит ли отвечать, и явно решил, что не стоит. Обошел его, как обходят столб, и пошел дальше.

Молча встал рядом с Катей. Не оттолкнул третьекурсника, не сказал ни слова, просто встал рядом, сложив руки на груди, и сразу стало видно, что он не уйдет. Третьекурсник скосил на него глаза, оценил рост и разворот плеч. Но похоже, оценка оказалась для него не впечатляющей.

— Это кто, Катюш? Твой носильщик? Или уборщик?

Яков сделал правильно, что не стал реагировать. Он просто задвинул Катю чуть больше себе за спину.

Но кто-то среагировать должен был, и я уже тоже встал, чтобы вмешаться, но тут на платформу вдруг запрыгнул Виктор. Я и не знал, что он на смотринах — он был не из тех, кто ходит на праздники. Но вот, появился, спокойный, руки в карманах, и встал рядом с Яковом плечом к плечу, полностью закрыв Катю от пьяни.

Ничего не сказал и он. Двое просто стояли, не угрожая и не трогая, но одного их присутствия хватило, чтобы третьекурснику стало тесно. Он посмотрел на них, потом оглянулся на меня, уже тоже двинувшегося в его сторону.

Прикинуть расклад заняло у меня меньше времени, чем у него уйти. Влезть с кулаками значило подарить Марку ровно ту свару, которой он ждал, и завтра по Академии пошло бы, что Червин с друзьями чуть не подрались на празднике из-за бабы. Но и промолчать значило бросить Катю и своих стоять в этой липкой неловкости, пока она сама не рассосется, а так не годилось вовсе.

Оставалось третье: убрать причину, не дав поводу разрастись. Дотянись третьекурсник взглядом до Марка, поищи он поддержки, и Марк, может, нашел бы, как повернуть дело так, чтобы свара все-таки вспыхнула. Я не дал паузе затянуться, сделав последние шаги к нему и встав боком к площади.

— Слушай, — сказал я негромко, — сейчас на тебя смотрит вся площадь. И видят примерно одно: победитель смотрин пристает к девушке, которой это явно не в радость, а рядом встали двое, которым это не нравится. Дальше у тебя два пути. Либо ты отходишь сам, сейчас, и через минуту про это все забудут. Либо ты остаешься, и тогда будут помнить и это, и то, чем все закончится. Ты уверен, что закончится в твою пользу? Я бы на твоем месте выбрал, пока выбор есть.

Я не повысил голоса, не показал ни злости, ни силы. Говорил так, будто мне до смерти скучно и просто разъясняю человеку очевидное. От угрозы это отличалось тем, что угрозу можно отмести, а тут отметать было нечего: я всего лишь обозначил реальность.

Третьекурсник постоял, дернул углом рта, попытался изобразить, будто и сам собирался уходить. Бросил Кате что-то небрежное, вроде «еще увидимся», и сошел с помоста в толпу. Праздник на том, впрочем, все равно надломился. Гул не вернулся к прежнему, по краям зашептались, и Алена, чуткая к настроению площади, тут же объявила следующего «жениха», забивая неловкость новым признанием.