Настал ноябрь. И уж не знаю, назвать это удачей или нет, но в этом году смотрины было решено провести в один из учебных вечеров, так что моим прорывам они не противоречили. На приглашение поучаствовать в роли судьи, так как в прошлый раз я стал женихом и сейчас не мог участвовать в конкурсе, я ответил «да», особо не раздумывая.

В вечер смотрин главную площадь было не узнать. Вдоль фасада главного здания протянули гирлянды, по краю расставили жаровни, и в их свете каменные плиты, по которым я каждый день ходил на лекции, отливали теплым и желтым, как будто стояла не промозглая ноябрьская ночь, а канун праздника в богатом доме. В центре расчистили две площадки, для парней и для девушек, поставили помост, а на него — «троны», на один из которых посадили меня.

Год назад я стоял на этой площадке, дрался без оружия с кем придется и заработал звание. Сегодня мне полагалось смотреть и выбирать того, кто получит то же звание в этом году. Работа непыльная, и наибольший минус ситуации был в том, кто сидел по правую руку.

Марк Железный держался спокойно, без малейшего напряжения. Четвертый курс, Первый Круг, прямая спина, аккуратный пробор. С прошлых смотрин мы и парой слов не перекинулись, по сути не встречались ни разу, а на тех смотринах я всего лишь разбил ему губу, прежде чем он уложил меня в нокаут. Но я чувствовал, что напряжение между нами с тех пор не только не уменьшилось, но и даже скорее выросло.

В какой-то момент он повернул ко мне голову и чуть склонил ее — ровно настолько, насколько требовала вежливость.

— Александр. Рад снова видеть тебя.

— Марк.

Он улыбнулся уголком рта и отвернулся. Вежливость его была, очевидно, совершенно напускной. Так здороваются не с равным, а с тем, кого терпят. За весь вечер он не сказал мне больше десятка слов, хотя с другими женихами, сидящими на соседних «тронах», что я, что он, активно общались, иногда даже вставая и ходя от места к месту.

Церемонию в этом году вела Алена. После начала года мы с ней пару раз виделись, но ко мне она уже не приходила. Выяснилось, что летом нашла себе молодого человека из одного из волостных родов, работающего в Вяземском консульстве этого рода, так что наши «встречи» остались в прошлом.

Я нисколько не возражал, наоборот, был очень рад за нее. Тем более что-то, как она описывала своего парня, давало понять, что он действительно хороший человек и настроен по отношению к ней очень серьезно. Кстати, на фоне этого претензии ко мне Феди из Орлов выглядели еще более нелепыми, но это уже были его проблемы.

Прошлогодняя «невеста» стояла на возвышении в темно-красном плотном платье, несмотря на ноябрь и далеко не самую теплую погоду, которое, идеально подчеркивало все изгибы ее фигуры. Площадь слушала ее, потому что не слушать и не смотреть было нельзя.