В Лас-Вегасе так я вообще замахнулся на топовый отель «Интернациональ», в котором выступает «король рок н ролла» Элвис Пресли. Там, разумеется, все забукировано, но страх эпидемии внес свои коррективы — вполне могли появиться свободные слоты.

Потом звонил в штаб-квартиру «Ангелов ада», договаривался о сопровождении байкерами тура. Пришлось раскошелится. Да и Джимми в дорогу дал десять тысяч. На всякие непредвиденные расходы. Парень впечатлился и одновременно напрягся. Ему впервые доверили такие деньги.

Последним в списке у меня была Ева. Девушка отпустила оператора и звукоря, послушно меня ждала.

— Я все сделаю, репортаж нарежу как надо — дам миссис Эсударо, опишу этническое разнообразие группы.

— Это ты про Шакила? — усмехнулся я.

— Не только. Ты знаешь, что у Фила дедушка — этнический американец?

Что-то в разрезе глаз парня наводило на мысль, что с генетикой у него не все так просто, но я как-то пропустил эту тему. А для американцев она нынче важна. И будет важна все ближайшие пятьдесят лет.

— Не знал. И кто дедушка?

— Команчи.

— Ты молодец. Ладно, езжай домой, мне нужен оператор с оборудованием в субботу.

А после всех в студии появилась Бонита, которая явно соскучилась.

— Все уже разошлись? — мисс Эскудеро сама заперла дверь, скинула туфли.

— А ты не видишь? — я похлопал рукой по дивану рядом с собой и тут же поймал себя на мысли, что с удовольствием провел время не только с Бонитой, но и с ее фигуристой мамашей. Она сегодня здорово мне помогла, выступив сначала адвокатом, а потом посредником в диалоге с родителями музыкантов. Без вопросов отпустила дочку в тур. Это было удивительно.

Тем временем, Бонита села рядом обняла меня за голову и подтянула к себе. Как только наши губы соприкоснулись, она напала на меня языком. Мои руки начали рыскать по её спине в поисках бретелек от лифчика под её хлопковой футболкой. Это возбудило её еще сильнее. Девушка навалилась на меня, обняла ногами и принялась тереться и стонать.

Что же, я тоже был на грани. Если у меня разум пятидесятилетнего, это не значит, что я способен соперничать с гормонами семнадцатилетнего, что бегали в моем новом теле!

Бонита тем временем превращалась в нечто безумное! Я оттянул футболку с её талии и запустил руки под неё, ощупывая идеально гладкую кожу, а затем быстро передвинулся к северу, чтобы расстегнуть лифчик.

Поцелуи становились всё более яростными, но девушке всё же удалось отодвинуться настолько, чтобы начать расстегивать пуговицы на моей рубашке. Пока она это делала, я высунул руку и принялся играться с её сосками. Бонита не останавливалась и как только разобралась с рубашкой, то сразу подвинулась вниз и начала расстегивать мои штаны. У нас всё было честно, и следующей полетела уже её одежда. Мне даже ласкать Бониту не пришлось, чтобы понять — она уже готова. Мы сбросили штаны на пол, я перевернул подругу на спину и забрался сверху.