— Чем это ты занят до ночи?

— Организую тур своей рок-группы.

В трубке воцарилось молчание. Хардести переваривал информацию.

— Э… не знал, что у тебя есть рок-группа.

Брокер явно не смотрел телевизор последние дни.

— Так в чем собственно, дело? — я перевел разговор в деловое русло.

— Два банка… Морган Стенли и Меррилл Линч заинтересовались тобой — Хардести окончательно проснулся — Я им рассказал идею фонда, биржевых компьютерных программ, показал твою историю торгов. Ну и расписал «молодое» дарование…

— И?

— Они готовы попробовать. Дадут тебе в управление десять миллионов. Но риск-менеджмент будет от них — они назначат от каждого банка по человеку в фонд. Если ты будешь терять деньги…

— Понял, понял, будет секир-башка с двух сторон.

Я задумался. Десять миллионов — это не так уж и много. Хардести уже считает деньги от будущих комиссий в уме, а мне надо показать доходность. И показать ее быстро. На чем? На золоте и нефти. Это раз. На акциях it-компаний. Это два.

— Ты чего молчишь, Питер? — брокер забеспокоился.

— Какое плечо банки считают приемлемым? — поинтересовался.

— Второе — тяжело вздохнул Хардести.

Да… с таким маржинальным кредитованием каши не сваришь.

— А какую доходность они считают целевой?

— От 15 до 20 % годовых.

— Нехило.

— Ставка ФРС 9 % — пояснил брокер — Банки дают по депозитам 12 %. Управляющие должны показывать доходность выше 12 %, в идеале в два раза больше.

— Ладно, я согласен. Но мне нужна Мелисса.

— Как так? — растерялся Хардести.

— Я ее у вас забираю. В бизнесе должен быть мой человек. Это не обсуждается.

— Ладно — проворчал финансист — Но завтра ты должен быть в Нью-Йорке.

— Буду.

* * *

Два дня пролетели в каком-то непередаваемом угаре. Вызвонив с утра Мелиссу, мы помчались в аэропорт Балтимора. На ближайший рейс до Нью-Йорка нашлись свободные места и спустя сорок минут мы уже были в «Большом Яблоке». Выглядели мы очень представительно. Мелисса надела брючный костюм, который только входил в моду в США. Я тоже приоделся, взял дорогие часы, запонки. Сам себя похвалил за короткую, совсем не рокерскую прическу. Иначе бы нас не поняли.

Мой личный брокер оказалась на высоте — девушка приготовила бумажную презентацию фонда. Сделала она это по результатам наших долгих телефонных разговоров. Вся логика прослеживалась отлично — война во Вьетнаме, инфляция и высокие процентные ставки, рост золота и нефти (их не напечатаешь для покрытия дефицитов), короткие продажи индексов и покупка коммодов.

— Прямо готовая инвест. декларация — пробормотал седой, пожилой банкир по имени Исаак Барнум, разглядывая презу. Происходило это все на Уолл-Стрит во время первых переговоров. Мы втроем явились в Мерилл Линч, где уже находился представитель от Морган Стенли. Второй банкир оказался румяным, веселым здоровяком по имени Рик Броуди. Ничего еврейского в нем не прослеживалось, но хватка была не хуже, чем у носатого Барнума.