Штайнмайер ответил вместо него:

— Это Роберт ДеАнжелис. Он адвокат по криминальным делам в Балтиморе. Пожалуй, лучший из местных.

— Мистер Уолш, — сказал он в качестве приветствия.

— Рад встрече. Я бы пожал вам руку, но… — я кивнул на наручники и улыбнулся ему. Затем я повернулся к Джеку — Адвокат по криминальным делам? А ты сам не справишься?

— Одно дело — отмазать тебя от школьной драки. Другое дело — отмазать тебя от убийства. Он нужен тебе, Питер.

Я снова обратился к ДеАнжелису:

— Ничего личного. Добро пожаловать на наш бал. Джек рассказал вам немного о моей жизни?

У ДеАнжелиса был приятный баритон, а сам он производил впечатление надежного человека. Пожалуй, он умел ладить с присяжными, особенно с женщинами — присяжными.

— Да, но поговорим об этом позже. Для начала расскажите, они уже брали у вас показания? Отпечатки пальцев, фотографии, ещё что — то? Ваши слова записывали?

— Нет, я просто сидел в обезьяннике.

Он улыбнулся, достал блокнот.

— Это нам на пользу. А теперь расскажите мне с начала и до конца всё, что произошло. Представьте, что я ничего не знаю о вас и о вашем деле, и никто мне о вас не рассказывал. Начните с самого начала.

Час с половиной я рассказывал им свою историю, начав со школьной драки. На середине рассказа из — за двери раздался шум, и вошел детектив Карстанс.

— Когда мы сможем поговорить? — спросил он.

ДеАнжели ответил:

— Мы дадим вам знать.

И выпроводил его. Коп ушел, а я закончил свой рассказ.

ДеАнжелис несколько раз спросил о ноже, который был в руках у Дэвида.

— Вы говорите, это был не ваш нож? Это был не кухонный нож или вроде того?

— Нет, точно нет. Он выглядел, типа как охотничий нож. Он был странным. Слишком большим, чтобы для чего сгодиться. И я знаю все свои ножи. Среди них такого нет.

— Знаешь все ножи? — переспросил он.

— Ну. у меня есть ножи для масла в кухне, ножи для мяса, кухонные ножи — знаете, все эти из набора. Знаете же? — он кивнул, а я продолжил: — Есть ещё карманный ножик, перочинный нож. Они лежат в моей спальне.

Он расспросил меня ещё о временных рамках, попросил нарисовать схему драки на кухне.

Наконец, я спросил:

— Когда я смогу позвонить родителям и рассказать им о случившемся?

Адвокаты переглянулись.

— Сегодня, но позже — ответил Штайнмайер — Боюсь их реакция тебя разочарует.

— Да, — вздохнул я. — Ну что, поговорим с копами?

Джек поднялся и постучал в дверь. Ему открыли, и он что — то сказал. Дверь закрылась, и мы ещё минут десять ждали Карстанса. Он явился опять с Люси и с толстой папкой подмышкой.

Джек сразу сказал:

— Давайте для начала снимем наручники с моего клиента. Вы уже знаете его. Он не станет драться, и он не опасен.